Главная Новости Общие вопросы Формы деятельности Договоры Виды деятельности Вопрос-ответ Контакты

Быстрая навигация: Каталог статей > Отдельные виды предпринимательской деятельности > Сельскохозяйственная деятельность > Производитель сельскохозяйственной продукции как сторона договора контрактации (Малая Т.Н., Нестерова Т.И.)

Производитель сельскохозяйственной продукции как сторона договора контрактации (Малая Т.Н., Нестерова Т.И.)

Дата размещения статьи: 08.09.2016

Впервые на законодательном уровне договор контрактации был выделен в качестве самостоятельного в Гражданском кодексе РСФСР от 1964 года (далее - ГК РСФСР) и изначально был предназначен для регулирования отношений по государственной закупке сельскохозяйственной продукции у колхозов и совхозов. Согласно статье 267 ГК РСФСР в ее первоначальной редакции в качестве товаропроизводителя могли выступать только государственные и кооперативные организации, специально создаваемые для производства сельскохозяйственной продукции. Объемы таких закупок были предопределены планами развития сельскохозяйственного производства указанных хозяйств и планами государственных закупок.

Внесенные в 1987 году изменения в законодательство затронули не только основания осуществления закупок (категория "планы государственных закупок" была заменена на категорию "государственные заказы на поставку государству"), но и круг лиц, имеющих право на заключение подобного соглашения (он был расширен, хотя и незначительно). Приобретателем сельскохозяйственной продукции и в том и в другом случае оставалось государство, осуществляя закупку через заготовительные организации, но уже не только в колхозах и совхозах. Приобретение стало возможным и в других хозяйствах в порядке и на условиях, которые предусмотрены законодательством Союза ССР. В качестве иных в то время выступали подсобные и опытные хозяйства государственных предприятий и учреждений [6].
В связи с тем что сельскохозяйственная продукция закупалась для обеспечения интересов государства, в ГК РСФСР, типовых договорах контрактации, инструкциях и положениях о порядке его заключения был указан перечень условий, согласование которых было обязательно для сторон. Одновременно в императивной форме были определены не только основания, но и последствия отступления от типовых положений, касающихся закупок отдельных видов сельскохозяйственной продукции. В частности, при согласовании условий, касающихся обязанностей хозяйств, необходимо было указать качество, сроки, порядок и условия доставки, а также сдачи произведенной ими продукции. Несмотря на то что круг хозяйств, у которых можно было закупать сельскохозяйственную продукцию по договорам контрактации, был расширен, принципиальные изменения в части определения прав и обязанностей сельскохозяйственного товаропроизводителя не произошли. Это было обусловлено тем, что порядок заключения и исполнения договоров контрактации, определенный типовыми положениями о закупках отдельных видов сельскохозяйственной продукции, распространялся на государственные закупки всех видов сельскохозяйственных продуктов и сырья, продаваемых хозяйствами, независимо от того, были ли их объемы предусмотрены в планах продажи государству сельскохозяйственной продукции или она поставлялась сверх плана. Этот же порядок распространялся на отношения по закупке в хозяйствах, не имеющих планов продажи ее государству.
Так, например, вопрос о цене не был предметом согласования в связи с тем, что и плановые, и сверхплановые закупки осуществлялись по ценам, установленным государством, а право сторон самим определять развернутый ассортимент закупаемой у хозяйства сельскохозяйственной продукции допускалось лишь в том случае, когда он не был конкретизирован в плане государственных закупок [7]. Столь же императивно были указаны основания и меры ответственности, а также порядок их применения.
Кардинальные изменения экономических отношений, произошедшие в конце XX века, не могли не отразиться на регулировании отношений контрактации, на законодательстве, определяющем правовое положение участников товарооборота.
Круг лиц, признаваемых сельскохозяйственными товаропроизводителями, в настоящее время значительно изменился, но в разных законах используются различные критерии их определения, что вызывает сложности в правоприменительной практике.
Так, например, в Федеральном законе от 8 декабря 1995 года N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации" таковыми названы физические или юридические лица, осуществляющие производство сельскохозяйственной продукции, которое в стоимостном выражении составляет более 50 процентов от общего объема всей производимой продукции. Сюда же отнесены рыболовецкие артели (колхозы), но для признания их сельскохозяйственными товаропроизводителями необходимо, чтобы производство сельскохозяйственной, в том числе рыбной, продукции, включая уловы водных биологических ресурсов, в стоимостном выражении составило более 70 процентов от общего объема производимой ими продукции.
Иной круг лиц указан в Федеральном законе от 29 декабря 2006 года N 264-ФЗ "О развитии сельского хозяйства". В этом документе таковыми признаны организации и индивидуальные предприниматели, осуществляющие производство, первичную и последующую (промышленную) переработку, а также реализацию сельскохозяйственной продукции, включенной в утвержденный Правительством Российской Федерации перечень, если за календарный год доля от ее реализации в общем доходе указанных участников оборота составляет не менее семидесяти процентов (ст. 3). Помимо юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, в перечень сельскохозяйственных товаропроизводителей этой же статьей включены граждане, ведущие личное подсобное хозяйство; сельскохозяйственные потребительские кооперативы (перерабатывающие, сбытовые (торговые), обслуживающие (в том числе кредитные), снабженческие, заготовительные), созданные в соответствии с Федеральным законом "О сельскохозяйственной кооперации", а также крестьянские (фермерские) хозяйства.
В Налоговом кодексе Российской Федерации подход законодателя к определению категории "сельскохозяйственный товаропроизводитель" зависит от того, к плательщикам какого вида налога предполагается отнести конкретного субъекта налоговых отношений.
Мы привели неполный перечень отличий, содержащихся в разных законах, поэтому очень важно определить, кто из названных лиц может выступать в качестве стороны договора контрактации, именуемой как "производитель сельскохозяйственной продукции", так как его правовое положение существенно отличается от правового положения продавца или поставщика, реализующего аналогичный товар <1>. Полагаем, что в любом случае стороной договора контрактации не могут выступать физические лица, не имеющие статуса индивидуального предпринимателя. Это подтверждается и тем, что на отношения контрактации в качестве субсидиарных распространяются правовые нормы, регулирующие поставку. Однако в отличие от договоров поставки производитель сельскохозяйственной продукции изначально рассматривается законодателем как экономически слабая сторона договора. Это связано с тем, что деятельность такого производителя напрямую зависит от условий, которые далеко не всегда ему подконтрольны по объективным причинам, к которым можно отнести резкие колебания температуры, паводки, массовые болезни растений и животных, влияющие на созревание урожая, производство животноводческой и птицеводческой продукции. Неслучайно в законе установлено, что в отличие от поставщика производитель сельскохозяйственной продукции за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств несет ответственность только при наличии вины.
--------------------------------
<1> Более подробно см.: Российская Федерация во Всемирной торговой организации: региональные аспекты и перспективы юридической практики: Монография / Науч. ред. Ю.Н. Сушкова. Саранск: Издательство Мордовского университета, 2014. С. 199 - 217.

В связи с этим на практике возникает вопрос: можно ли применять правила договора контрактации к любым соглашениям по реализации сельскохозяйственной продукции, произведенной сельскохозяйственным производителем, или эти правила должны иметь место лишь при заключении договора под будущий урожай? В практике судов отсутствует единообразие в решении этого вопроса. Приведем лишь несколько примеров.
В Постановлении Федерального арбитражного суда Уральского округа от 24 августа 2006 года N Ф09-7329/06-С6 указывается, что между сторонами заключено соглашение о совместно осуществляемых операциях, согласно которому фермерское хозяйство обязалось предоставить акционерному обществу урожай свеклы для переработки в сахар, а акционерное общество обязалось переработать своими силами и на своих производственных площадях полученное сырье и передать истцу выработанную продукцию, а также побочные продукты переработки. В момент заключения соглашения свекла уже имелась в наличии у крестьянско-фермерского хозяйства - производителя. Тем не менее этот факт не был учтен судом и соглашение было квалифицировано как договор контрактации.
В Постановлении Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28 сентября 2009 года по делу N А46-9884/2009, напротив, указано, что предметом такого договора может быть только будущий урожай. В нем отмечается, что судом первой инстанции правильно установлен факт заключения договора от 5 января 2007 года между ООО "Элком" (далее - сторона 1) и ООО "Агрофирма "Колос" (далее - сторона 2), по условиям которого сторона 1 обязалась передать стороне 2 инвестиции (на сумму ... рублей), необходимые для проведения посевной кампании. В свою очередь, сторона 2 обязалась использовать их исключительно для посева пшеницы на полях, указанных на плане-схеме, являющейся приложением N 1 к договору, и возвратить стороне 1 инвестиции в срок до 1 октября 2007 года не денежными средствами, а выращенным урожаем - пшеницей 3 или 4 класса, стоимостью не выше ... рублей. Отклоняя довод ООО "Агрофирма "Колос" о том, что договор от 5 января 2007 года по своей правовой природе является договором подряда, суд апелляционной инстанции указал, что по правовой природе это соглашение является договором контрактации. Судом было отмечено, что к особенностям последнего относится предмет, каковым являются будущие товары, которые еще подлежат выращиванию или производству в условиях сельского хозяйства, а потому "условие договора от 05.01.2007 о том, что 2 сторона обязуется засеять посевную площадь в количестве 3083 га, не меняет природы данного договора", а, "напротив, соответствует признакам договора контрактации" [17].
Аналогичный вывод сделан в Постановлении Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24 января 2007 года N Ф08-7234/2006 по делу N А63-6727/2006-С2 в отношении спора, в котором хозяйство (продавец) и завод (покупатель) заключили договор купли-продажи сои товарной. В Постановлении суд отмечал, что предметом договора контрактации может выступать лишь будущая продукция, указав, что по смыслу статьи 535 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) заключение договора контрактации должно предшествовать периоду выращивания или производства сельскохозяйственной продукции и ее передаче заготовителю. В этом случае договор купли-продажи сои заключен после ее уборки, поэтому нормы, регулирующие договор контрактации, в этом споре не применяются.
Семикаракорский районный суд Ростовской области, рассматривая исковое заявление ООО "Торговый дом "Изобилие" к сельскохозяйственному кооперативу "Восток-агро", квалифицируя заключенный сторонами договор как контрактацию, учел субъектный состав такого договора, виды деятельности сторон по учредительным документам (у ООО "Торговый дом "Изобилие" одним из разрешенных видов деятельности является оптовая торговля сельскохозяйственным сырьем и живыми животными, оптовая торговля овощами и картофелем; у сельскохозяйственного кооператива "Восток" основной вид деятельности - растениеводство), а также предмет договора - будущий урожай [24].
В юридической литературе также нет единства.
Например, Е.В. Иванова относит к предмету договора как будущую, так и имеющуюся у производителя продукцию, главное, по ее мнению, чтобы реализовывалась именно сельскохозяйственная продукция, которая произведена либо выращена непосредственно производителем сельскохозяйственной продукции в его собственном хозяйстве <2>.
--------------------------------
<2> Иванова Е.В. Договорное право: Учебник для бакалавриата и магистратуры: В 2 т. М.: Юрайт, 2016. Т. 2. Особенная часть. С. 44.

В учебнике гражданского права под редакцией В.П. Камышанского, Н.М. Коршунова, В.И. Иванова, напротив, утверждается, что предмет договора - это всегда будущий товар. Кроме того, уточняется, что это вещи, определенные родовыми признаками, и в большинстве случаев это вещи ограниченного рода (не виноград вообще, а лишь выращенный конкретным хозяйством от определенной лозы) <3>.
--------------------------------
<3> Гражданское право: Учебник: В 2 ч. / Под ред. В.П. Камышанского, Н.М. Коршунова, В.И. Иванова. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2011. Ч. 2. С. 68.

Действительно, если продукция к моменту реализации уже выращена (произведена) производителем, вряд ли его можно рассматривать как экономически слабую сторону договора и защищать при помощи норм о виновной ответственности. Именно поэтому позиция судов, рассматривающая в качестве предмета договора контрактации реализацию только продукции, которую производителю предстоит еще вырастить (произвести), является наиболее предпочтительной.
В ряде проанализированных судебных решений суды вообще не уточняли вопрос, о какой продукции идет речь, - уже произведенной или будущей (см., например, [22]), что представляется необоснованным, поскольку это влияет на правильную квалификацию отношений сторон. В отдельных же решениях суд даже не указывал наименование продукции, ограничиваясь формулировкой "сельскохозяйственная продукция" [21, 23].
При применении норм об ответственности производителя сельскохозяйственной продукции, помимо определения предмета договора, важно учитывать, что в действительности послужило основанием освобождения его от ответственности перед заготовителем, так как, кроме отсутствия вины, таковыми могут выступать обстоятельства непреодолимой силы, повлиявшие на исполнение им обязательств (засуха, ураган, град, ливневые дожди), на что справедливо указывает О.А. Кузнецова [9].
Так, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа в Постановлении от 4 декабря 2002 года по делу N Ф08-3553/2002, отменяя решение суда первой инстанции и Постановление суда апелляционной инстанции в части взыскания с ответчика убытков, указал, что сопоставление условий договора по предмету и целям, учет субъектного состава участников дают основания квалифицировать заключенный договор как договор контрактации, а поскольку согласно статье 538 ГК РФ по договору контрактации производитель сельскохозяйственной продукции несет ответственность лишь при наличии вины, взыскание с ответчика (поставщика) понесенных покупателем убытков необоснованно, так как материалами дела подтверждено, что значительная часть урожая подсолнечника, подлежавшего передаче истцу, погибла в результате засухи.
Как видим, в этой ситуации производитель, по сути, освобожден судом от ответственности ввиду наличия обстоятельств непреодолимой силы, а не из-за отсутствия вины. В указанном Постановлении судом не были разграничены эти понятия, что привело к неправильному обоснованию верного по существу решения.
Согласимся с доводами судов и исследователей, утверждающих, что нельзя все неудачи в сельском хозяйстве списывать на природные катаклизмы. Сельскохозяйственный производитель, являясь профессиональным участником экономических отношений, может и должен предотвращать наступление негативных последствий наступления "сложной" погоды, поэтому на производителя должно быть возложено бремя доказывания причинно-следственной связи между неблагоприятными внешними условиями и наступившими негативными последствиями.
В частности, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа в Постановлении от 15 ноября 2013 года по делу N А53-36504/2012 указал, что справки гидрометеостанций о засухе или осадках подтверждают лишь факт наличия определенных погодных условий, но не служат доказательством того, что именно они привели к гибели урожая.
К аналогичному выводу пришел Федеральный арбитражный суд Уральского округа, рассматривая дело, в котором общество, привлеченное к ответственности в связи с ненадлежащим исполнением договора контрактации, сослалось на плохие погодные условия (аномальную засуху), сложившиеся в Республике Башкортостан в весенне-летний период (апрель - июнь 2010 года). Судами установлено, что из представленной в дело справки об агрометеорологических условиях в апреле - июне 2010 года на территории Республики Башкортостан от 10 июня 2010 года, выданной государственным учреждением "Башкирское управление по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды", следует, что агрометеорологические условия в апреле - июне 2010 года характеризовались засухой на территории Республики Башкортостан, отрицательно влияющей на состояние сельскохозяйственных культур. Также отмечались заморозки различной интенсивности в воздухе и на поверхности почвы.
Однако судом было установлено, что только лишь факт неблагоприятных погодных условий в виде аномальной засухи не является безусловным основанием освобождения производителя от исполнения договора, поскольку требования закона обязывают производителя доказать причинно-следственную связь между неблагоприятными погодными условиями и неисполнением договора. Кроме того, судом было отмечено, что общество, являясь коммерческой организацией и действуя в рамках своей предпринимательской деятельности, должно проявлять осмотрительность и разумность при заключении сделок. В противном случае риски последствий неосмотрительного и неразумного поведения возлагаются на субъекта такого поведения [19].
Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа в Постановлении от 8 апреля 2009 года по делу N А63-11587/08-С2-26, отказывая в освобождении производителя от ответственности ввиду гибели посевов горчицы из-за частых дождей, превышающих среднемесячную норму в 2,5 раза, указал, что справки метеослужб являются лишь подтверждением определенных погодных условий, но не доказывают, что эти погодные условия повлекли гибель посевов, несмотря на принятие мер по их сохранению; производитель не сообщил о принятии каких-либо мер по сохранению посевов, а также о том, какие обычно меры должны приниматься в отношении этой сельскохозяйственной культуры в условиях повышенной влажности почвы. Также не были представлены доказательства того, что влажность почвы, в 2,5 раза превышающая норму, приводит к безусловной гибели посевов горчицы.
Как отмечает Р.С. Скяева, заключая соглашение, важно учитывать возможности хозяйства, а "если производитель изначально заключил договор на нереальное количество сельскохозяйственной продукции, то и плохие погодные условия не избавят его от ответственности" <4>.
--------------------------------
<4> Скяева С.Р. Особенности правового регулирования отношений контрактации и проблемы разграничения договора поставки и договора контрактации // Вестник Майкопского государственного технологического университета. 2012. N 3. С. 84.

Так, в одном из анализируемых дел суд установил факт непринятия сельскохозяйственным производителем разумных и необходимых мер для исполнения обязательства, который выразился в том, что ответчик засеял подсолнечником площадь, размер которой не позволял собрать необходимое для исполнения договора количество подсолнечника даже при максимальной за предыдущие годы урожайности, обоснованно указав, что при таких обстоятельствах оснований для освобождения общества от ответственности по статье 538 ГК РФ у судов не имелось [16].
Анализ законодательства, практики его применения, а также обзор доктринальных источников позволяют утверждать, что под сельскохозяйственным товаропроизводителем как стороной договора контрактации выступают юридические лица и индивидуальные предприниматели, возлагающие на себя обязанность вырастить (произвести) и поставить сельскохозяйственную продукцию. В связи с этим необходимо уточнить содержание статьи 535 ГК РФ указанием на будущий характер сельскохозяйственной продукции, сформулировав пункт 1 статьи 535 следующим образом: по договору контрактации производитель сельскохозяйственной продукции обязуется вырастить (произвести) сельскохозяйственную продукцию и передать ее заготовителю - лицу, осуществляющему закупки такой продукции для переработки или продажи.
Только в этом случае сельскохозяйственного товаропроизводителя можно рассматривать как экономически более слабую сторону, которая несет ответственность перед контрагентом лишь при наличии вины. Если же договор заключается по поводу уже произведенной продукции, то должны применяться правила договора поставки.

Литература и информационные источники

1. Закон Российской Советской Федеративной Социалистической Республики от 11 июня 1964 года "Об утверждении Гражданского кодекса РСФСР".
2. Гражданский кодекс Российской Федерации (часть вторая): Федеральный закон от 26 января 1996 года N 14-ФЗ (в редакции Федерального закона от 29 июня 2015 года) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1996. N 5. Ст. 410.
3. Федеральный закон от 8 декабря 1995 года N 193-ФЗ "О сельскохозяйственной кооперации" (в редакции Федерального закона от 20 апреля 2015 года) // Собрание законодательства Российской Федерации. 1995. N 50. Ст. 4870.
4. Федеральный закон от 29 декабря 2006 года N 264-ФЗ "О развитии сельского хозяйства" (в редакции Федерального закона от 12 февраля 2015 года) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2007. N 1 (ч. 1). Ст. 27.
5. Налоговый кодекс Российской Федерации (часть вторая): Федеральный закон от 5 августа 2000 года N 117-ФЗ (в редакции Федерального закона от 13 июля 2015 года) // Собрание законодательства Российской Федерации. 2000. N 32. Ст. 3340.
6. Постановление Правительства СССР от 23 апреля 1970 года N 278 "Об объединении решений Правительства СССР по вопросу организации государственных закупок сельскохозяйственной продукции" (в редакции Постановления от 5 января 1989 года) // Собрание постановлений Правительства СССР. 1970. N 8. Ст. 63.
7. Приказ Министерства заготовок СССР и Министерства сельского хозяйства СССР от 15 ноября 1983 года N 399/250 "Положение о порядке заключения и исполнения договоров контрактации сельскохозяйственной продукции". URL: http://www.bestpravo.ru/sssr/gn-pravo/o4a.htm 31.08.2015 (дата обращения: 30 сентября 2015 года).
8. Гражданское право: Учебник: В 2 ч. / Под ред. В.П. Камышанского, Н.М. Коршунова, В.И. Иванова. М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2011. Ч. 2.
9. Кузнецова О.А. Соотношение противоправности, вины и непреодолимой силы на примере ответственности сельхозпроизводителя // Вестник Пермского университета. 2013. N 2 (20).
10. Иванова Е.В. Договорное право: Учебник для бакалавриата и магистратуры: В 2 т. М.: Юрайт, 2016. Т. 2. Особенная часть.
11. Российская Федерация во Всемирной торговой организации: региональные аспекты и перспективы юридической практики: Монография / Науч. ред. Ю.Н. Сушкова. Саранск: Издательство Мордовского университета, 2014.
12. Скяева С.Р. Особенности правового регулирования отношений контрактации и проблемы разграничения договора поставки и договора контрактации // Вестник Майкопского государственного технологического университета. 2012. N 3.
13. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 4 декабря 2002 г. по делу N Ф08-3553/2002. Документ опубликован не был. См.: СПС "КонсультантПлюс".
14. Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 24 августа 2006 года N Ф09-7329/06-С6 по делу N А07-19376/2005. Документ опубликован не был. См.: СПС "КонсультантПлюс".
15. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 24 января 2007 N Ф08-7234/2006 по делу N А63-6727/2006-С2. Документ опубликован не был. См.: СПС "КонсультантПлюс".
16. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28 октября 2008 года N Ф08-6239/2008 по делу N А32-3039/2008-32/70. Документ опубликован не был. См.: СПС "КонсультантПлюс".
17. Постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 28 сентября 2009 года N А46-9884/2009. Документ опубликован не был. См.: СПС "КонсультантПлюс".
18. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 8 апреля 2009 года по делу N А63-11587/08-С2-26. Документ опубликован не был. См.: СПС "КонсультантПлюс".
19. Постановление Федерального арбитражного суда Уральского округа от 21 июня 2011 года N Ф09-3540/11 по делу N А07-20112/2010. Документ опубликован не был. См.: СПС "КонсультантПлюс".
20. Постановление Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 15 ноября 2013 года по делу N А53-36504/2012. Документ опубликован не был. См.: СПС "КонсультантПлюс".
21. Постановление Федерального арбитражного суда Центрального округа от 15 мая 2013 года по делу N А08-5925/2012. Документ опубликован не был. См.: СПС "КонсультантПлюс".
22. Апелляционное определение Оренбургского областного суда от 16 сентября 2015 года N 33-5866/2015. Документ опубликован не был. URL: https://rospravosudie.com/court-orenburgskij-oblastnoj-sud-orenburgskaya-oblast-s/act-498740435/.
23. Решение Арбитражного суда Брянской области от 14 октября 2015 года по делу N А09-10520/2015. Документ опубликован не был. URL: http://docs.pravo.ru/document/view/72539540.
24. Решение по делу от 14 октября 2015 года N 2-714/2015. URL: https://rospravosudie.com/court-semikarakorskij-rajonnyj-sud-rostovskaya-oblast-s/act-500543435/.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:



Вернуться на предыдущую страницу

Последние новости
  • Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 777-08-62 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных


27 марта 2018 г.
Проект федерального закона № 424632-7 "О внесении изменений в части первую, вторую и четвертую Гражданского кодекса Российской Федерации"

Цель законопроекта - закрепление в гражданском законодательстве некоторых положений, отталкиваясь от которых, российский законодатель мог бы осуществлять регулирование рынка существующих в информационно-телекоммуникационной сети новых объектов экономических отношений (в обиходе - "токены", "криптовалюта" и пр.), обеспечивать условия для совершения и исполнения сделок в цифровой среде, в том числе сделок, позволяющих предоставлять массивы сведений (информацию).




20 марта 2013 г.
Проект федерального закона № 419090-7 "Об альтернативных способах привлечения инвестирования (краудфандинге)"

Законопроектом регулируются отношения по привлечению инвестиций коммерческими организациями или индивидуальными предпринимателями с использованием информационных технологий, а также определяются правовые основы деятельности операторов инвестиционных платформ по организации розничного финансирования (краудфандинга). Деятельность по организации розничного финансирования (краудфандинга) заключается в оказании услуг по предоставлению участникам инвестиционной платформы доступа к ее информационным ресурсам. 




12 марта 2013 г.
Проект Федерального закона № 410960-7 "О внесении изменений в Уголовный кодекс РФ и ст. 151 Уголовно-процессуального кодекса РФ"

Законопроект направлен на усиление ответственности за нарушения в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных или муниципальных нужд. Анализ правоприменения свидетельствует о наличии определенных пробелов в законодательном регулировании ответственности за злоупотребления в сфере госзакупок со стороны лиц, представляющих интересы государственных или муниципальных заказчиков, а также лиц, исполняющих государственные или муниципальные контракты.




7 марта 2018 г.
Проект Федерального закона № 408171-7 ""Об особенностях участия социально ориентированных некоммерческих организаций в приватизации арендуемого государственного или муниципального недвижимого имущества и о внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ"

Целью данного законопроекта является предоставление социально ориентированным некоммерческим организациям преференций при отчуждении из государственной собственности субъектов Российской Федерации или из муниципальной собственности недвижимого имущества, арендуемого этими организациями.




1 марта 2018 г.
Проект Федерального закона № 403657-7 "О внесении изменений в статью 18.1 Федерального закона "О защите конкуренции"

Цель данного законопроекта - уточнение оснований для обжалования в антимонопольный орган нарушений порядка осуществления в отношении юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, являющихся субъектами градостроительных отношений, процедур, включенных в исчерпывающие перечни процедур в сферах строительства, в том числе при проведении торгов. Вносимые изменения позволят антимонопольному органу оперативно восстанавливать нарушенные права юридических лиц и индивидуальных предпринимателей, являющихся субъектами градостроительных отношений, во внесудебном порядке.



В центре внимания:


Особенности бухгалтерского учета натуральной оплаты труда в сельском хозяйстве (Сухов А.Б.)

Дата размещения статьи: 12.03.2018

подробнее>>

Рассчитываем единый сельхозналог за 2016 г. (Картвели С.)

Дата размещения статьи: 22.03.2017

подробнее>>

Государственное регулирование сельского хозяйства России как экономико-правовая категория (Елисеев В.С.)

Дата размещения статьи: 05.10.2016

подробнее>>

Производитель сельскохозяйственной продукции как сторона договора контрактации (Малая Т.Н., Нестерова Т.И.)

Дата размещения статьи: 08.09.2016

подробнее>>

Система налогообложения для сельскохозяйственных товаропроизводителей: земельный налог для сельского хозяйства (Семенихин В.В.)

Дата размещения статьи: 20.01.2016

подробнее>>
Предпринимательство и право, информационно-аналитический портал © 2011 - 2018
При любом использовании материалов сайта - активная ссылка на сайт lexandbusiness.ru обязательна.

Навигация

Статьи

Сопровождение сайта