Главная Новости Общие вопросы Формы деятельности Договоры Виды деятельности Вопрос-ответ Контакты

Быстрая навигация: Каталог статей > Общие вопросы предпринимательской деятельности > Реорганизация и ликвидация юридических лиц > Паноптикум для ликвидатора (Мананников О.В.)

Паноптикум для ликвидатора (Мананников О.В.)

Дата размещения статьи: 01.04.2017

Единственный участник общества с ограниченной ответственностью принял решение в добровольном порядке прекратить деятельность общества, т.к. хозяйственной деятельности оно не вело, долгов не имело, в штате был лишь директор. Далее участник назначил ликвидатора и расторг трудовой договор с директором. Ликвидатор заполнил форму N Р15001 уведомления регистрирующего органа и обратился к нотариусу с заявлением о свидетельствовании подлинности своей подписи на форме уведомления. Нотариус отказала в совершении нотариального действия, мотивировав свой отказ тем, что:

- "...Решение N 1/2014 единственного участника... изложенное на 3 (трех) листах, не скреплено печатью участника... (на месте скрепления стоит печать ООО...) и подписями лиц, подписавших сам документ. <...> Печать, которая стоит в конце документа, выполнена на иностранном языке, и перевод печати с засвидетельствованной на нем подписью переводчика отсутствует...";

- при подаче уведомления в регистрирующий орган "ликвидатор никак не может заменить учредителей (участников) юридического лица или орган, принявший решение о ликвидации юридического лица...";

- "...нормы права, содержащиеся в статьях 62 и 63 ГК РФ, являются общими нормами, регулирующими порядок ликвидации всех юридических лиц (если иное не предусмотрено специальным законом или уставом Общества).

Специальной нормой права, устанавливающей порядок ликвидации общества с ограниченной ответственностью, является... статья 57 ФЗ "Об ООО", содержание которой не противоречит нормам ГК РФ, но конкретизирует их, предусматривая, что при ликвидации общества с ограниченной ответственностью общее собрание участников добровольно ликвидируемого общества принимает решение о ликвидации общества и назначении ликвидационной комиссии. Назначение ликвидатора указанной специальной нормой, подлежащей в данном случае применению, для данного вида юридических лиц не предусмотрено";

- "отсутствие выписки из ЕГРЮЛ также не позволяет установить, представлена ли нотариусу для совершения нотариального действия последняя действующая редакция устава Общества..." <1>.

--------------------------------

<1> Постановление нотариуса города Пензы Малашиной Н.В. об отказе в совершении нотариального действия от 05.05.2014 N 98. 

В результате в совершении нотариального действия нотариус решила "...отказать, так как имеется три... основания для отказа: совершение такого действия противоречит закону, с просьбой о совершении нотариального действия обратился представитель, не имеющий необходимых полномочий, а один из документов, представленных для совершения нотариального действия, не соответствует требованиям законодательства" <2>.

--------------------------------

<2> Там же. 

Ликвидатор не согласился с нотариусом и обжаловал постановление об отказе в районном суде. Далее, к сожалению, кризис юридической мысли только усугублялся. В определении суд указал, что "...ознакомившись с заявлением... считает необходимым в его принятии отказать... так как... оспариваемым постановлением было отказано в совершении нотариального действия юридическому лицу ООО... Таким образом, только ООО... имеет процессуальный интерес в оспаривании постановления нотариуса" <3>. Спустя полтора месяца судебная коллегия по гражданским делам областного суда удовлетворила частную жалобу ликвидатора, признав у него процессуальный интерес <4>. Еще через месяц суд первой инстанции сообщил о том, что "...под председательством судьи... состоится беседа... о признании незаконным отказа в совершении нотариального действия..." <5>. Сообщение суда указывало на необходимость явки на "беседу". Происхождение процессуального термина, а может быть, целого процессуального института под названием "беседа", известно только суду. Но из выражений, использованных судом, следовало, что "майским чаем" беседа не ограничится.

--------------------------------

<3> Определение судьи Ленинского районного суда города Пензы Мартыновой Е.А. от 16.05.2014.

<4> Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Пензенского областного суда в составе Елагиной Т.В., Прудентовой Е.В., Бабаняна С.С. от 01.07.2014 по делу N 33-1639.

<5> Сообщение судьи Ленинского районного суда города Пензы Черненок Т.В. от 14.07.2014 N 9-437/14. 

Через 10 дней после "беседы" суд принял решение, которым отказал ликвидатору в удовлетворении его заявления. При этом суд не согласился с тем, что выписка из ЕГРЮЛ является необходимой, а также счел "ошибочной ссылку нотариуса в постановлении об отказе в совершении нотариального действия на положения ст. 43 Основ законодательства о нотариате" <6> (далее - Основы).

--------------------------------

<6> См. здесь и далее по тексту: решение Ленинского районного суда г. Пензы (судья Черненок Т.В.) от 07.08.2014 по делу N 2-4012/2014. 

По трем основаниям отказа в совершении нотариального действия, выдвинутым нотариусом, суд привел следующие доводы.

1. Совершение действия противоречит закону. Речь идет о "свидетельствовании подлинности подписи на документе", когда нотариус удостоверяет, что подпись на документе сделана определенным лицом, но не удостоверяет фактов, изложенных в документе (ст. 80 Основ). Представляется, что для этого основания отказа нотариус и суд должны доказать, что подпись на документе сделана лицом, которое установить определенно нельзя, т.е. определенно не ликвидатором (!). Поэтому суд "откорректировал" ранее озвученные доводы нотариуса с учетом конкретной ситуации: "учитывая, что в учредительных документах ООО... не предусмотрено назначение ликвидатора общества, суд полагает, что в постановлении об отказе в совершении нотариального действия обоснованно сделан вывод о том, что заявитель не имеет необходимых полномочий на обращение за совершением нотариального действия...". Таким образом, по мнению суда, если бы в уставе общества было использовано наряду со словосочетанием "ликвидационная комиссия" слово "ликвидатор", то ликвидатор имел бы соответствующие полномочия и статус.

2. С просьбой о совершении нотариального действия обратился недееспособный гражданин либо представитель, не имеющий необходимых полномочий. Под этим основанием суд и нотариус, видимо, подразумевали отсутствие у ликвидатора полномочий на подписание документа, подлинность подписи на котором свидетельствует нотариус. Суд поддержал логику нотариуса: "...за совершением нотариального действия - свидетельствованием подлинности подписи на уведомлении о принятии решения о ликвидации юридического лица может обратиться только лицо, имеющее право быть заявителем в соответствии со ст. 9, ст. 20 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей".

3. Документы, представленные для совершения нотариального действия, не соответствуют требованиям законодательства. Несмотря на тот факт, что нотариус упомянул лишь один документ, не соответствовавший требованиям законодательства, - решение участника, суд расширил этот перечень, указав, что "...документ, подлинность подписи в котором подлежала нотариальному свидетельствованию, также не отвечал требованиям закона, т.к. не содержал необходимых сведений". Ссылаясь на Приказ Федеральной налоговой службы от 25 января 2012 г. N ММВ-7-6/25@ "Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств" (далее - Приказ ФНС), суд сделал вывод, что уведомление не отвечало требованиям закона, т.к. не содержало необходимых сведений: не заполнены разделы 4 и 5 листа Б уведомления. Доводы ликвидатора о необходимости учесть положения абз. 5 п. 9.6.1 Приказа ФНС, которые определяют случаи отсутствия необходимости заполнения указанных разделов, суд проигнорировал. Между тем ситуация подписания уведомления ликвидатором непосредственно относится к таким случаям. Что касается решения участника, на которое ссылался нотариус, то суд с оговоркой согласился с ликвидатором: "Доводы заявителя о возможности удостоверения верности копии решения ликвидатором являются правильными в том случае, если ликвидатор действительно является уполномоченным лицом общества. Поскольку заявитель не подтвердил своих полномочий, представленный для совершения нотариального действия документ обоснованно признан нотариусом не соответствующим требованиям закона".

Отметим, что к моменту принятия решения судом юридическое лицо было ликвидировано усилиями все того же ликвидатора, который после отказа "бдительного" нотариуса не стал ждать результатов от вялотекущей деятельности судебной машины, а сразу же обратился с тем же набором документов к другому нотариусу. Спустя 15 минут другой нотариус засвидетельствовал подлинность подписи ликвидатора на заявлении, а еще через 2,5 месяца появилась соответствующая запись в ЕГРЮЛ о прекращении деятельности юридического лица. На этот факт суд отреагировал своеобразно: "Кроме того, на момент принятия судом решения по делу, из выписки из Единого государственного реестра юридических лиц следует, что... года внесена запись о прекращении деятельности ООО... что также свидетельствует об отсутствии нарушенных прав заявителя, подлежащих защите в судебном порядке". При этом суд противоречит сам себе, ставя знак равенства между заявителем-ликвидатором и заявителем - юридическим лицом, хотя ранее доказывал, что ликвидатор не является представителем юридического лица. Между тем даже студентам известно, что прекращение деятельности юридического лица не может означать прекращение процессуального статуса ликвидатора.

Апелляционная жалоба ликвидатора через 3,5 месяца была оставлена без удовлетворения Определением от 18.11.2014 N 33-2874, вынесенным судебной коллегией по гражданским делам Пензенского областного суда в составе Л.П. Прошиной, Л.В. Терехиной и О.В. Бурдюговского, где почти дословно перепечатано решение суда первой инстанции.

 

Выводы и критика 

Читатель, знакомый с практикой прекращения деятельности юридических лиц в добровольном порядке, только улыбнется, увидев такой казус. Однако есть повод и для печали, так как правоприменители в данной ситуации заняли диаметрально противоположные позиции. Один нотариус и четверо судей отказали в правосубъектности ликвидатору. Другой нотариус и налоговые инспекторы признали правомерность действий ликвидатора. И те и другие применяли одни и те же нормы законодательства. Попытаемся разобраться, кто же прав.

Нотариус утверждает, что в обществах с ограниченной ответственностью может назначаться исключительно ликвидационная комиссия, а не ликвидатор, т.к. нормы Гражданского кодекса, где упоминается ликвидатор, наряду с ликвидационной комиссией, являются общими по отношению к специальным нормам Закона "Об обществах с ограниченной ответственностью". Последние, по мнению нотариуса, конкретизируя, тем не менее не предусматривают возможности назначения ликвидатора, т.к. оперируют только термином "ликвидационная комиссия". Судьи дополняют позицию нотариуса, указывая, что ликвидатор не может быть назначен в обществе с ограниченной ответственностью, в уставе которого упоминается только ликвидационная комиссия. Полагаем все эти утверждения ошибочными и проистекающими из-за забвения общей теории права и принципов гражданского права.

Любая правовая норма представляет собой правило поведения, обязательное для всех членов социума и определяющее содержание правового отношения, т.е. наличие или отсутствие у субъектов правоотношения субъективных прав и обязанностей <7>. Обязательность правил поведения обеспечивается государственным механизмом власти и принуждения. Именно государство облекает все правовые предписания в форму законов, которые, в свою очередь, по направленности правового регулирования или содержанию регулируемых общественных отношений образуют отрасли законодательства или отрасли права. Очевидно, что в нашем случае речь идет о правовом регулировании гражданских отношений. В каждой отрасли права существует иерархия, именуемая системой, которая определяет главенство законов при их применении.

--------------------------------

<7> См., например: Белов В.А. Гражданское право: Общая часть: Учебник. М.: ЦентрЮрИнфоР, 2002. 639 с. С. 44 - 45. 

Все законы в правовой отрасли принято относить к определенным группам, именуемым видами, в зависимости от объединяющего (разделяющего) квалифицирующего признака. Одним из таких признаков (оснований деления) является круг лиц, на которых распространяет свое действие тот или иной закон. Так, бывают leges generales (законы общие) и leges speciales (законы специальные, исключительные, особенные). Закон общий "...дает общее правило, распространяющееся на всех граждан или по крайней мере на всех, находящихся в известных условиях..." <8>. Закон специальный дает "...для известного круга лиц (для какого-либо рода людей) исключительные, по сравнению с общим правом, постановления... Сюда же относятся привилегии, т.е. законы, создающие для известных физических или юридических лиц некоторое льготное положение. Особенно часто такие привилегии устанавливаются в пользу акционерных товариществ" <9>, или такой закон "...постановляет исключение из общего правила в пользу какого-либо лица" <10>. Одним из ключевых признаков "специальности" закона, как видно из трудов основоположников гражданского права России, является установление для специальной группы субъектов права определенных пользы, льготы, привилегии, выгоды, по сравнению с общим законом, распространяющим свое действие на всех субъектов в целом. Этот принципиальный подход поддерживается современным текущим гражданским законодательством Российской Федерации, состоящим из Гражданского кодекса и принятых в соответствии с ним иных федеральных законов, регулирующих отношения, указанные в Гражданском кодексе. Так, нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать Гражданскому кодексу (п. 2 ст. 3 ГК РФ). Закон "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об ООО) определяет в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации правовое положение общества с ограниченной ответственностью, права и обязанности его участников, порядок создания, реорганизации и ликвидации общества (п. 1 ст. 1 Закона об ООО). Общество может иметь гражданские права и исполнять гражданские обязанности, необходимые для осуществления любых видов деятельности, не запрещенных федеральными законами, если это не противоречит предмету и целям деятельности, определенно ограниченным уставом общества (п. 2 ст. 2 Закона об ООО). Таким образом, Закон об ООО, будучи специальным для обществ с ограниченной ответственностью, тем не менее не может противоречить Гражданскому кодексу и ограничивать сферу его действия. Вполне понятно, что если бы законодатель, забыв о теории права в понимании Г.Ф. Шершеневича и Д.И. Мейера, решил не предоставлять льготы и привилегии, а, напротив, ограничить права определенных субъектов в специальном законе, по сравнению с общим законом, то норма о таком запрете должна была быть озвучена достаточно ясно и недвусмысленно. Есть ли в Законе об ООО норма о запрете назначения ликвидатора в обществе? Есть ли в Законе об ООО норма, ограничивающая право участников общества назначать ликвидатора в зависимости от упоминания об этом в уставе общества? Жаль, что понимание нотариусом и судьями специального закона как закона "ограничивающего", "запретительного", по сравнению с законом общим - Гражданским кодексом, весьма далеко от теории гражданского права и текстуального содержания гражданского законодательства.

--------------------------------

<8> Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. 1902. М.: Статут, 2003. 831 с. С. 64.

<9> Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула: Автограф, 2001. 720 с. С. 55 - 56.

<10> Мейер Д.И. Указ. соч. С. 64. 

Далее, все нормы права, в зависимости от направления действия права как регулятора, делятся на охранительные и регулятивные. Охранительные нормы определяют способы, условия и характер применения к субъекту права мер государственно-принудительного воздействия. Регулятивные нормы определяют субъективные права и обязанности субъектов, условия их возникновения и действия <11> и, в свою очередь, в зависимости от характера субъективных прав и юридических обязанностей подразделяются на три вида: обязывающие - юридические нормы, устанавливающие обязанность лица совершать определенные положительные действия; запрещающие - юридические нормы, устанавливающие обязанность лица воздерживаться от действий известного рода (запреты); управомочивающие - юридические нормы, устанавливающие субъективные права с положительным содержанием, т.е. права на совершение управомоченным субъектом тех или иных активных действий. Несложный анализ положений ст. ст. 62, 63 ГК РФ и ст. 57 Закона об ООО позволяет вполне определенно отнести указанные нормы к регулятивным и управомочивающим. Почему судьи и нотариус расценили эти нормы как запрещающие (устанавливающие запрет (ограничение) на назначение ликвидатора в обществах с ограниченной ответственностью), остается загадкой.

--------------------------------

<11> Алексеев С.С. Право: азбука - теория - философия: Опыт комплексного исследования. М.: Статут, 1999. 712 с. С. 64. 

Наконец, один из принципов цивилистики у многих студентов вызывает затруднения - дозволительная направленность правового регулирования гражданского оборота. Поэтому он часто излагается в доступной формуле: разрешено все то, что не запрещено. "В соответствии с этим правилом субъекты гражданского права могут совершать любые действия, не запрещенные законом" <12>. Этот принцип закреплен в п. 3 ст. 55 Конституции РФ и п. 2 ст. 1 ГК РФ: граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых, не противоречащих законодательству условий договора. Гражданские права могут быть ограничены на основании федерального закона и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

К сожалению, нотариус и судьи посчитали допустимым и возможным толковать нормы права, игнорируя текст закона, принципы гражданского законодательства и Конституцию России. Вполне возможно, что судьи и нотариус предпочитают применять принципы публичного права, во всех нормах видят только административные запреты и руководствуются формулой "запрещено все то, что не разрешено" во всех случаях. Тогда уместно вспомнить: "Существуют различия в принципах толкования и применения норм гражданского и публичного права: при толковании первых не должно допускаться расширительного толкования запретов и ограничительного толкования дозволений" <13>.

--------------------------------

<12> Гражданское право: Учебник / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. М.: ТЕИС, 1996. Часть I. 552 с. С. 15.

<13> Белов В.А. Гражданское право. С. 46. 

Достаточно подробно остановившись на анализе правовых норм и теории права, считаем, что нельзя обойти вниманием такой "источник права" в современной России, как судебная практика. Печально, но коль скоро судебная практика вошла в прочный обиход и инструментарий многих судей, то остался всего лишь шаг до прецедентного права, и тогда судейское усмотрение будет поистине безгранично. В рассматриваемом казусе интересы нотариуса в судах представляла адвокат, которая, вероятно, уделила значительное внимание этому делу, в том числе, наверное, поискам аналогичных судебных споров. Предположение строится на том факте, что суды достаточно щедро оценили стоимость услуг адвоката, оказанных нотариусу, и отказали ликвидатору в уменьшении возмещения судебных издержек. Удивительно, но автором был обнаружен единственный прецедент, подтверждающий позицию нотариуса и судей <14>, который, впрочем, через 6,5 года был дезавуирован тем же судебным органом: "...довод общества... относительно того, что... как ликвидатор общества... не могла представлять интересы ликвидируемого общества... подлежит отклонению как основанный на неверном толковании ответчиком ст. 57 ФЗ от 08.02.1998 N 14-ФЗ. Согласно п. п. 1, 5 указанной статьи общество может быть ликвидировано добровольно в порядке, установленном Гражданским кодексом Российской Федерации, с учетом требований настоящего Федерального закона и устава общества. <...> Таким образом, возможность назначения ликвидатора как единоличного органа общества предусмотрена законодательством, а также подтверждается многочисленной судебной практикой" <15>. Следует добавить, что ВАС РФ Определением от 14.07.2010 N ВАС-9360/10 по делу N А07-24593/2009 ВАС РФ не установил нарушения единообразия в применении и толковании норм права этим судебным актом. Возможность назначения ликвидатора, действительно, подтверждена многочисленной судебной практикой, в частности: Постановлением Арбитражного суда ВВО от 29.10.2015 N Ф01-4381/2015, Постановлением ФАС ВВО от 17.12.2013 N А43-11876/2012, Постановлением Двадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2013 N А23-2657/2012, Постановлением ФАС ВСО от 15.04.2013 N А33-2348/2012, Постановлением ФАС ВВО от 31.08.2011 N А39-4343/2010 и другими.

--------------------------------

<14> Постановление ФАС Уральского округа от 08.12.2003 N Ф09-357/03-ГК по делу N А71-207/02.

<15> Постановление ФАС Уральского округа от 01.06.2010 N Ф09-3985/10-С3 по делу N А07-24593/2009. 

Что касается возможности отказа нотариуса по той причине, что у ликвидатора нет прав на подписание заявления по форме N Р15001, то отметим следующее. Представление документов для государственной регистрации в связи с ликвидацией общества осуществляется в порядке, предусмотренном подп. "г" п. 1.3 ст. 9 Федерального закона от 08.08.2001 N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей", где в числе заявителей указан руководитель ликвидационной комиссии (ликвидатор). Все предельно ясно и подтверждено судебной практикой <16>. Жаль, что не для нотариуса и судей Пензенской области.

--------------------------------

<16> См.: Постановление ФАС Восточно-Сибирского округа от 27.05.2013 N А33-12056/2012; Постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 05.06.2015 N Ф06-24594/2015 по делу N А12-32676/2014. 

В завершение хотелось бы высказать пожелание, чтобы приведенный казус остался единичным как на территории России, так и на территории Пензенской области, а действиям должностных лиц, чьи фамилии упоминались по тексту и в сносках, будет дана достойная оценка их коллегами и руководством.

Литература

1. Алексеев С.С. Право: азбука - теория - философия: Опыт комплексного исследования. М.: Статут, 1999. 712 с.
2. Белов В.А. Гражданское право: Общая часть: Учебник. М.: ЦентрЮрИнфоР, 2002. 639 с.
3. Гражданское право: Учебник / Под ред. Ю.К. Толстого, А.П. Сергеева. М.: ТЕИС, 1996. Часть I. 552 с.
4. Мейер Д.И. Русское гражданское право: В 2 ч. 1902. М.: Статут, 2003. 831 с.
5. Шершеневич Г.Ф. Курс гражданского права. Тула: Автограф, 2001. 720 с.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:



Вернуться на предыдущую страницу

Последние новости
  • Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 777-08-62 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных


17 октября 2017 г.
Проект Федерального закона №287844-7 "О внесении изменений в статью 5 Федерального закона "О потребительском кредите (займе)"

Необходимость принятия данного законопроекта обусловлена тем, что по действующему законодательству очередность погашения требований, предусмотренная ч. 20 ст. 5 Федерального закона "О потребительском кредите (займе)" и подлежащая применению к отношениям по договорам потребительского кредита (займа), ставит граждан-потребителей в худшее положение по сравнению с предпринимателями, к которым применим общий порядок, предусмотренный статьей 319 ГК РФ, которая не допускает установления более высокого приоритета требований по уплате неустойки перед требованиями по погашению основного долга и процентов на него.




15 сентября 2017 г.
Проект Федерального закона №266932-7 "О внесении изменений в статью 59 Федерального закона "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд"

В рамках законопроекта предлагается изменить редакцию части 3 статьи 59 Федерального закона от 5 апреля 2013 года № 44-ФЗ, чтобы не допустить проведения электронного аукциона при осуществлении закупок товаров, работ, услуг, не включенных в указанные в ч. 2 ст. 59 перечни. Законопроект направлен на поддержание баланса в правоотношениях заказчиков и исполнителей с целью обеспечения качества приобретаемых товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.




1 сентября 2017 г.
Вступила в силу ст. 2 Федеральный закон от 3 июля 2016 г. N 281-ФЗ "О внесении изменений в Закон Российской Федерации "О средствах массовой информации" и статьи 5 и 38 Федерального закона "О рекламе"

Указанной  статьей предусматривается, что в случае размещения рекламы на телеканале на основании данных, полученных по результатам исследования объема зрительской аудитории телеканалов, рекламодатели, рекламораспространители и их представители и посредники обязаны использовать указанные данные в соответствии с договорами, заключенными указанными лицами или их объединениями с организациями, уполномоченными на проведение указанных исследований Роскомнадзором.




15 августа 2017 г.
Проект Федерального закона № 249505-7 "О внесении изменений в часть первую и часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации"

Цель законопроекта - увеличение эффективности налогового стимулирования, снижение административной нагрузки на бизнес и обеспечение стабильности и предсказуемости системы налогообложения. Так законопроектом предлагается сократить сроки проведения камеральной проверки, учитывая современные системы контроля финансово-хозяйственной деятельности налогоплательщиков. Кроме того, предметом повторной выездной налоговой проверки на основании уточненной налоговой декларации с уменьшением исчисленной суммы налога может быть только обоснованность уменьшения налога на основании измененных в уточненной декларации сведений.




2 августа 2017 г.
Проект Федерального закона № 239932-7 "О внесении изменений в ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части процедуры реструктуризации долгов в делах о банкротстве юридических лиц"

В настоящее время законодательство о банкротстве предусматривает недостаточно эффективные механизмы реабилитационных процедур. При этом они редко применяются на практике и редко заканчиваются восстановлением платежеспособности должников. Цель данного законопроекта - расширение практики применения реабилитационных механизмов в отношении юридических лиц, а также введение новой реабилитационной процедуры - реструктуризации долгов.



В центре внимания:


Возникновение прав при реорганизации (Князева Е.)

Дата размещения статьи: 16.09.2017

подробнее>>

О преобразовании юридического лица. Комментарий к Определению судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 19.07.2016 N 310-КГ16-1802 (Суханов Е.А.)

Дата размещения статьи: 13.04.2017

подробнее>>

Паноптикум для ликвидатора (Мананников О.В.)

Дата размещения статьи: 01.04.2017

подробнее>>

Правопреемство специальных прав налогоплательщика при реорганизации в форме преобразования (Дергачев С.А.)

Дата размещения статьи: 22.03.2017

подробнее>>

Отдельные правовые аспекты проведения реорганизации организации в форме присоединения (Широков С.)

Дата размещения статьи: 14.11.2016

подробнее>>
Предпринимательство и право, информационно-аналитический портал © 2011 - 2017
При любом использовании материалов сайта - активная ссылка на сайт lexandbusiness.ru обязательна.

Навигация

Статьи

Сопровождение сайта