Главная Новости Общие вопросы Формы деятельности Договоры Виды деятельности Вопрос-ответ Контакты

Быстрая навигация: Каталог статей > Отдельные виды предпринимательской деятельности > Поставка товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных и муниципальных нужд (госзакупки). Федеральная контрактная система > Особенности обеспечения исполнения обязательств по контракту при закупках по государственному оборонному заказу (Михашин А.В.)

Особенности обеспечения исполнения обязательств по контракту при закупках по государственному оборонному заказу (Михашин А.В.)

Дата размещения статьи: 12.08.2019

Заключение государственного контракта всегда сопряжено с рисками его неисполнения либо исполнения в объеме, не удовлетворяющем потребности государственного (муниципального) заказчика в товарах (работах, услугах). В качестве механизма, обеспечивающего уверенность заказчика в надлежащем и добросовестном исполнении обязательств по государственному (муниципальному) контракту, Федеральным законом от 5 апреля 2013 г. N 44-ФЗ "О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд" (далее - Закон N 44-ФЗ) предусмотрен институт обеспечения исполнения обязательств по контракту.

В соответствии со ст. 96 Закона N 44-ФЗ предъявление заказчиком требования обеспечения исполнения обязательств по контракту по общему правилу является обязательным, за исключением случаев размещения заказа у единственного поставщика (подрядчика, исполнителя), а также некоторых случаев закупок, проводимых в форме запроса котировок и запроса предложений.
При этом обеспечение исполнения обязательств нередко составляет значительный размер от начальной (максимальной) цены контракта (далее - НМЦК). Так, согласно ч. 6 ст. 96 Закона о контрактной системе размер обеспечения исполнения обязательств может составлять от 5 до 30% НМЦК (а в отдельных случаях и более, если оно в соответствии с требованиями Закона N 44-ФЗ должно быть приравнено к размеру контрактного аванса).
Эти требования приводят к ситуации, когда далеко не всякий потенциальный поставщик (подрядчик, исполнитель) готов пойти на участие в закупочной процедуре, нести бремя дополнительных, но не всегда оправданных финансовых затрат <1>. Как правило, обеспечение исполнения обязательств создает серьезную нагрузку на предприятия, работающие для нужд оборонно-промышленного комплекса, которые в силу специфики своей деятельности не всегда обладают свободными средствами для оформления банковской гарантии либо внесения денежных средств, что несет негативные последствия как для исполнителя, так и для государственного заказчика.
--------------------------------
<1> См., например: Беляева О.А. Альтернативы задатку на торгах // Журнал российского права. 2011. N 11. С. 39 - 44; Беляева О.А. Гарантийные удержания при подрядных отношениях в строительстве // Право и экономика. 2008. N 5. С. 26 - 30; Морозова А.А. Правовые проблемы обеспечения исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту // Публичные закупки: проблемы правоприменения: Материалы Третьей Всероссийской научно-практической конференции (9 июня 2015 г., МГУ им. М.В. Ломоносова). М., 2015. С. 166 - 171.

Во избежание подобной ситуации при закупках товаров (работ, услуг) для нужд обороны и безопасности государства в Федеральном законе от 29 декабря 2012 г. N 275-ФЗ "О государственном оборонном заказе" (далее - Закон о ГОЗ) предусмотрены механизмы снижения нагрузки на исполнителей, позволяющие избежать необходимости предоставления обеспечения исполнения обязательств по государственному контракту.
Попробуем разобраться, что предлагает законодатель в качестве таких механизмов, к каким проблемам правоприменения на практике ведет их реализация и какие пути совершенствования законодательства в данной сфере видятся автору.
1. Предмет закупок с особым регулированием порядка обеспечения исполнения обязательств по контракту.
Согласно ч. 2 ст. 6 Закона о ГОЗ при размещении государственного оборонного заказа посредством конкурентных способов определения поставщиков (подрядчиков, исполнителей) на создание, модернизацию, поставки, ремонт, сервисное обслуживание и утилизацию вооружения, военной и специальной техники (далее - ВВСТ) государственный заказчик вправе не устанавливать требование обеспечения исполнения государственного контракта в случае, если им установлены определенные Правительством РФ требования к участникам размещения государственного оборонного заказа о наличии у них соответствующих производственных мощностей, технологического оборудования, финансовых и трудовых ресурсов для исполнения государственного контракта.
При этом согласно недавно дополнившей Закон о ГОЗ ч. 2.1 ст. 6 в случае размещения государственного заказа на создание, модернизацию, поставки, ремонт, сервисное обслуживание и утилизацию ВВСТ, ракет-носителей, разгонных блоков и космических аппаратов (кораблей) обеспечение исполнения государственного контракта, в отношении которого будет осуществляться банковское сопровождение, не требуется.
Таким образом, законодатель предусматривает два случая осуществления закупки, когда обеспечение исполнения контрактных обязательств не устанавливается:
1) специфический предмет закупки (ВВСТ) + "воля" государственного заказчика + установление требований, предусмотренных актами Правительства РФ; или
2) специфический предмет закупки (ВВСТ или ракеты-носители, разгонные блоки и космические аппараты, корабли) + заключаемый по результатам закупки государственный контракт подлежит банковскому сопровождению.
С одной стороны, законодатель говорит о возможности неустановления требований по обеспечению обязательств в отношении ВВСТ по усмотрению государственного заказчика. С другой стороны, он выделяет по сути ту же самую категорию товаров (работ, услуг), устанавливает дополнительное условие о банковском сопровождении договоров, заключаемых по результатам таких закупок, и говорит об отсутствии необходимости обеспечения исполнения заключаемого контракта в императивном порядке. Попробуем разобраться в последовательности действий и логике законодателя.
Согласно ст. 15.29 Закона о ГОЗ банковское сопровождение применяется только в отношении государственных контрактов, при исполнении которых не осуществляется казначейское сопровождение.
В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 3 марта 2017 г. N 249 "О казначейском сопровождении средств в валюте Российской Федерации, получаемых при осуществлении расчетов в целях исполнения государственных контрактов (контрактов) по государственному оборонному заказу" Федеральное казначейство осуществляет казначейское сопровождение всех государственных контрактов по государственному оборонному заказу, за исключением контрактов, заключаемых:
Министерством обороны РФ;
в целях обеспечения органов внешней разведки Российской Федерации средствами разведывательной деятельности, обеспечения органов федеральной службы безопасности средствами контрразведывательной деятельности, борьбы с терроризмом;
Государственной корпорацией по атомной энергии "Росатом" в целях обеспечения товарами, работами, услугами по разработке, испытаниям, производству, разборке и утилизации ядерных боеприпасов и ядерных зарядов;
иными государственными заказчиками по решениям, принятым в установленном порядке (в настоящий момент информация о наличии таких решений у автора отсутствует).
Таким образом, если в первом случае законодатель выделяет особую категорию товаров (работ, услуг), при приобретении которых допускается избежать предоставления обеспечения исполнения обязательств по воле заказчика, то во втором - фактически поименовывает государственных заказчиков, при осуществлении закупок которыми обеспечение исполнения обязательств не предоставляется.
Рынок ВВСТ является низкоконкурентным, для него характерно отсутствие большого количества поставщиков (подрядчиков, исполнителей) <2>.
--------------------------------
<2> См.: Свининых Е.А. Опыт и пути оптимизации системы закупок товаров, работ, услуг для обеспечения обороны страны и безопасности государства: правовой аспект // Право в Вооруженных Силах. 2015. N 2. С. 56 - 68.

При этом государственный оборонный заказ - это далеко не только ВВСТ, в рамках ГОЗ также могут закупаться товары общехозяйственного назначения, продукты питания, медицинское оборудование, осуществляться строительные работы и текущий ремонт. В общем те же самые товары, которые закупаются и вне рамок ГОЗ государственными и муниципальными заказчиками при осуществлении их хозяйственной деятельности <3>.
--------------------------------
<3> См.: Беляева О.А. Гособоронзаказ: законодательный нонсенс // Аукционный вестник. 2016. N 302. С. 2.

Учитывая изложенное, вполне оправданным видится выделение особых категорий товаров (работ, услуг), в отношении которых может устанавливаться более мягкий порядок проведения закупок, в том числе в части обеспечения исполнения контракта.
Вместе с тем вызывает вопросы различное правовое регулирование предоставления преференций в отношении отдельных заказчиков (Росатома, Минобороны России) и иных заказчиков ВВСТ. Чем, например, ВВСТ, закупаемые иными заказчиками (Росгвардией, ФСО, МЧС или ФСИН), принципиально отличается от ВВСТ, закупаемых Минобороны России?
Неясно, чем должны руководствоваться иные заказчики при решении данного вопроса: сложностью объекта закупки, НМЦК, финансовым состоянием потенциальных поставщиков (подрядчиков, исполнителей) (учитывая, что объектом закупки является ВВСТ, их перечень известен заранее) или какими-либо иными критериями?
Целями введения п. 2.1 ст. 6 Закона о ГОЗ согласно заключению Комитета по обороне Государственной Думы Федерального Собрания РФ являлись предоставление возможности предприятиям оборонно-промышленного комплекса дополнительно направлять для выполнения ГОЗ собственные финансовые средства, ранее выделяемые на обеспечение исполнения государственных контрактов, а также расширение доступа к участию в ГОЗ субъектов малого и среднего предпринимательства <4>. В связи с этим логики в подобном ограничительном подходе не усматривается.
--------------------------------
<4> См.: Система обеспечения законодательной деятельности Российской Федерации. URL: http://sozd.parlament.gov.ru/download/03B2B88D-963A-469C-9193-7967FDDEF599.

Представляется, что упомянутой цели в полной мере соответствовало бы распространение обеспечительных преференций и на закупки по ГОЗ, осуществляемые иными федеральными органами исполнительной власти и подлежащие в том числе казначейскому сопровождению.
Интересно также, что согласно подготовленному в 2017 г. ФАС России проекту федерального закона "О внесении изменений в Федеральный закон "О государственном оборонном заказе" <5> предполагалась следующая редакция: "...требование обеспечения исполнения государственного контракта, в отношении которого будет осуществляться банковское или казначейское сопровождение, не устанавливается" <6>.
--------------------------------
<5> Текст по состоянию на 25 апреля 2017 г.
<6> URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=PRJ;n=158766#026611580018509917.

Таким образом, по нашему мнению, особенности закупок по ГОЗ должны проистекать из особенностей закупаемых товаров (работ, услуг), их предназначения - для нужд обороны и безопасности государства, а не конкретных государственных заказчиков, осуществляющих закупки.
2. Сущность и характер требований ст. 6 Закона о ГОЗ вызывают серьезные вопросы в правоприменительной практике. Так, исходя из сложившейся арбитражной практики <7> следует весьма интересный вывод о том, что согласно буквальному прочтению положений Закона N 44-ФЗ, Закона о ГОЗ, Постановления Правительства РФ от 25 декабря 2014 г. N 1482 "О требованиях к участникам размещения государственного оборонного заказа о наличии у них соответствующих производственных мощностей, технологического оборудования, финансовых и трудовых ресурсов для исполнения государственного контракта" (далее - Постановление N 1482) названными нормативными правовыми актами установлены требования к участнику размещения государственного оборонного заказа не в качестве требований, соблюдение которых позволяет участникам закупок избежать предоставления обеспечения исполнения обязательств, а в качестве дополнительных требований к участникам закупки, несоответствие которым является основанием для отклонения заявки участника закупки.
--------------------------------
<7> См., например, Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21 апреля 2016 г. по делу N А40-132900/2015; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21 июля 2016 г. по делу N А40-132881/15.

Позиция судов аргументирована следующим. Заявка на участие в закупке признается не соответствующей требованиям, установленным документацией о такой закупке, в случае несоответствия ее участника требованиям, установленным согласно ч. ч. 1, 1.1, 2 и 2.1 (при наличии таких требований) ст. 31 Закона N 44-ФЗ. В силу нормы ч. 1 ст. 31 данного Закона в число требований к участникам закупки включены соответствие требованиям, установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации к лицам, осуществляющим поставку товара, выполнение работы, оказание услуги, являющихся объектом закупки. Следовательно, в силу положений ст. 31 Закона N 44-ФЗ требования Постановления N 1482 относятся к участнику закупки и подлежат рассмотрению в составе заявки на участие в закупке (при решении вопроса о соответствии участника условиям документации о закупке).
Вместе с тем, например, Министерство экономического развития РФ <8> и ФАС России <9> придерживаются (в случае Минэкономразвития - "придерживались", мнение Министерства финансов РФ на этот счет пока отсутствует) иной точки зрения, согласно которой непредставление участником размещения государственного оборонного заказа указанных документов не может служить основанием для признания заявки на участие в закупке не соответствующей требованиям, установленным документацией о закупке. При этом, с их точки зрения, указанные в ст. 6 Закона о ГОЗ требования не являются дополнительными требованиями, устанавливаемыми согласно ч. 2 ст. 31 Закона N 44-ФЗ, а являются условиями, при которых участник закупки может не предоставлять обеспечение исполнения контракта.
--------------------------------
<8> См., например, письма Министерства экономического развития РФ от 16 июня 2015 г. N Д28и-1647, от 6 апреля 2015 г. N Д28и-1005.
<9> См., например, решения ФАС России от 6 мая 2016 г. N КГОЗ-184/16, от 6 мая 2015 г. по делу N КГОЗ-181/15.

Таким образом, установление требований ст. 6 Закона о ГОЗ в качестве дополнительных требований к участникам закупки рассматривается вышеупомянутыми ведомствами в качестве нарушения ч. 6 ст. 31 Закона о контрактной системе.
Аналогичной позиции придерживается С.В. Булаев, отмечающий, что в соответствии с Законом о ГОЗ потенциальные исполнители могут представить доказательства наличия производственных мощностей, технологического оборудования, финансовых и трудовых ресурсов для осуществления поставок продукции по государственному оборонному заказу, которые позволяют избежать предоставления обеспечения исполнения обязательств по контракту, что является отступлением и поблажкой государства для предприятий оборонного комплекса <10>.
--------------------------------
<10> См.: Булаев С.В. Знакомьтесь: новый Закон о гособоронзаказе // Казенные учреждения: бухгалтерский учет и налогообложение. 2013. N 3. С. 57 - 65.

Рассматривая два противоположных мнения, а также принимая во внимание непосредственное содержание правовых норм Закона N 44-ФЗ и Закона о ГОЗ, можно сформулировать следующие выводы.
Исчерпывающий перечень требований к участникам закупки приведен в ст. 31 Закона N 44-ФЗ. При этом согласно ч. 2 данной статьи дополнительные требования (в том числе о наличии финансовых ресурсов, оборудования и других материальных ресурсов, опыта работы, связанного с предметом контракта, и деловой репутации, необходимого количества специалистов и иных работников определенного уровня квалификации) могут устанавливаться в соответствии с постановлением Правительства РФ.
В соответствии со ст. 6 Закона о ГОЗ заказчик вправе не устанавливать требование обеспечения исполнения контракта в случае, если им установлены определенные Правительством РФ требования к участникам размещения государственного оборонного заказа о наличии у них соответствующих производственных мощностей, технологического оборудования, финансовых и трудовых ресурсов для исполнения государственного контракта. Таким образом, речь снова, как и в ст. 31 Закона N 44-ФЗ, идет о "требованиях к участникам закупки".
Учитывая изложенное, нельзя не отметить неудачную терминологию рассматриваемых законов, в которых термин "требования к участникам закупки" фактически использован для регламентации абсолютно разных правовых механизмов, что, безусловно, является нарушением важнейшего требования нормотворчества об однозначности и непротиворечивости используемой терминологии <11>, приводит к отсутствию единообразного толкования указанных норм в судах и антимонопольных органах и, безусловно, нуждается в законодательном разрешении, например, путем изложения ч. 2 ст. 6 Закона о ГОЗ в следующей редакции:
--------------------------------
<11> См.: Поваров Ю.С. К вопросу об однозначности терминологии, используемой законодателем // Проблемы осуществления гражданских прав: Межвуз. сб. науч. трудов. Самара, 2002. С. 140.

"2. При размещении государственного оборонного заказа путем использования конкурентных способов определения поставщиков (исполнителей, подрядчиков) на создание, модернизацию, поставки, ремонт, сервисное обслуживание и утилизацию вооружения, военной и специальной техники конкурсная документация, документация об аукционе может содержать указание на возможность предоставления участником закупки документов о наличии соответствующих производственных мощностей, технологического оборудования, финансовых и трудовых ресурсов для исполнения государственного контракта, перечень которых определен Правительством Российской Федерации. В случае предоставления указанных документов со стороны участника закупки, с которым заключается государственный контракт, обеспечение исполнения обязательств по государственному контракту не требуется".
Подобный подход, на наш взгляд, определяет более точную дефиницию правового механизма предоставления преференций в части обеспечения исполнения обязательств по государственному контракту, определенно устанавливает право, а не обязанность участника закупки предоставлять документы, подтверждающие возможность получения преференции, а также позволяет избежать "пересечения" указанного механизма с термином "требования к участникам закупки" в соответствии с п. 2 ст. 31 Закона N 44-ФЗ.
3. Следующий вопрос связан со временем представления документов, подтверждающих наличие у участников закупки соответствующих производственных мощностей, технологического оборудования, финансовых и трудовых ресурсов, во время проведения закупки.
На практике государственный заказчик нередко устанавливает требование о предоставлении указанных документов на этапе подачи заявок участников закупки.
ФАС России <12> и Министерство экономического развития РФ <13> исходят из того, что названные документы участник закупки вправе представлять как в составе заявки на участие в закупке, так и на этапе заключения государственного контракта.
--------------------------------
<12> См. решение Федеральной антимонопольной службы от 15 мая 2015 г. по делу N ПГОЗ-115/15.
<13> См., например, письма Министерства экономического развития РФ от 20 марта 2015 г. N Д28и-585, от 23 марта 2015 г. N Д28и-811.

Исходя из ст. 6 Закона о ГОЗ предоставление указанных документов осуществляется на стадии размещения государственного оборонного заказа. Согласно ч. 1 данной статьи размещение государственного оборонного заказа осуществляется в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров (работ, услуг) для обеспечения государственных и муниципальных нужд. При этом в Законе N 44-ФЗ дефиниция такого термина, как "размещение заказа", отсутствует.
Вместе с тем, учитывая, что ст. 6 "Размещение государственного оборонного заказа" Закона о ГОЗ устанавливает особенности, связанные в том числе с исполнением контракта, представляется, что размещение государственного оборонного заказа тождественно термину "закупка", используемого в ст. 3 Закона N 44-ФЗ, и точно так же, как и закупка, заканчивается исполнением обязательств по договору.
Таким образом, исходя из буквального толкования нормы ст. 6 Закона о ГОЗ, представление участником закупки документов, подтверждающих его право не предоставлять обеспечение исполнения обязательств по контракту, возможно не только при проведении процедуры закупки в составе второй части заявки на участие в закупке, но и при заключении государственного контракта.
Более того, учитывая, что де-факто соответствие требованиям к участникам закупки, установленным Постановлением Правительства N 1482, является альтернативой обеспечению исполнения обязательств по контракту, представляется целесообразным дополнить Закон о ГОЗ правовой нормой, аналогичной ч. 7 ст. 96 Закона N 44-ФЗ (позволяющей поставщику (подрядчику, исполнителю) изменить способ обеспечения исполнения контракта в процессе его исполнения), в части возможности предоставления документов, подтверждающих соответствие Постановлению N 1482, при исполнении контракта "взамен" ранее предоставленного обеспечения в форме банковской гарантии или внесения денежных средств.
Указанный подход представляется нам наиболее правильным, соответствующим целям ст. 6 Закона о ГОЗ в части снижения бремени обеспечения исполнения обязательств с предприятий оборонно-промышленного комплекса.
4. Следующая проблема, возникающая перед государственным заказчиком, касается характера документов, которые должен предоставить участник закупки.
В соответствии с Постановлением N 1482 это документы, подтверждающие:
наличие на праве собственности или на ином законном основании производственных мощностей и технологического оборудования для исполнения государственного контракта;
финансовую устойчивость и платежеспособность;
наличие специалистов, имеющих профессиональное образование, отвечающих соответствующим квалификационным требованиям, заключивших с участником размещения государственного оборонного заказа трудовые договоры, необходимые в соответствии с документацией о закупке для исполнения государственного контракта.
На практике сложились две точки зрения - "широкая", которой придерживаются государственные заказчики и суды, и "узкая", которой придерживается ФАС России.
"Широкая" версия заключается в том, что установление заказчиком в документации о закупке общих требований к участникам закупки, указанных в Постановлении N 1482, не является нарушением требований законодательства в сфере закупок <14>.
--------------------------------
<14> См. Постановление Арбитражного суда Московского округа от 21 апреля 2016 г. по делу N А40-132900/2015.

"Узкая" версия предполагает, что при установлении требований, предусмотренных ст. 6 Закона о ГОЗ, заказчик обязан установить конкретные требования к участникам закупок о наличии конкретного оборудования и производственных мощностей, конкретных специалистов и их квалификации <15>.
--------------------------------
<15> См. решение Федеральной антимонопольной службы от 6 мая 2016 г. N КГОЗ-184/16.

Вместе с тем анализ соответствующих норм не представляет возможности поддержать позицию ФАС России.
Заказчик в своей документации о закупке вправе устанавливать любые требования/положения/формулировки, не противоречащие действующему законодательству. Вместе с тем очевидно, что установление как общих требований (наличие технологического оборудования), так и конкретных (определенные тип/модель технологического оборудования) не будет противоречить обобщенным требованиям, поименованным в Постановлении N 1482.
Учитывая изложенное, представляется, что требования Постановления N 1482 в указанной части имеют диспозитивный, а не императивный характер и устанавливают право выбора описания требований к участникам закупки на усмотрение государственного заказчика.
5. Проведенное исследование гражданско-правовых норм Закона N 44-ФЗ и Закона о ГОЗ, регулирующих особенности осуществления закупок по государственному оборонному заказу в части обеспечения исполнения контракта, позволяет сформулировать ряд выводов и предложений теоретического и прикладного характера.
В соответствии с ч. 2 ст. 6 Закона о ГОЗ законодатель выделяет особую категорию товаров (работ, услуг) - ВВСТ, при приобретении которых допускается избежать предоставления обеспечения исполнения обязательств по решению государственного заказчика. При этом согласно ч. 2.1 ст. 6 Закона о ГОЗ законодатель фактически указывает конкретных государственных заказчиков, при осуществлении закупок которыми обеспечение исполнения обязательств по государственному контракту не требуется. Вместе с тем, по нашему убеждению, при законодательном регулировании особенностей закупок по ГОЗ необходимо исходить из специфики закупаемых товаров (работ, услуг) и их предназначения - для нужд обороны и безопасности государства, а не конкретных государственных заказчиков, осуществляющих закупки.
Закон N 44-ФЗ и Закон о ГОЗ используют термин "требования к участникам закупки" фактически для регламентирования абсолютно разных механизмов осуществления процедуры закупки, а именно в качестве требований к участникам закупки, несоблюдение которых является основанием для отклонения заявки участника закупки, и требований к участникам закупки, соблюдение которых предоставляет возможность для участника закупки избежать предоставления обеспечения исполнения обязательств по контракту. Такая двойственность вызывает сложности применения норм, регулирующих особенности обеспечения исполнения обязательств в рамках государственного оборонного заказа на практике, что приводит к отсутствию единообразного толкования указанных норм права в арбитражных судах и ФАС России. В настоящей статье предложена авторская редакция п. 2 ст. 6 Закона о ГОЗ, которая позволит избежать неоднозначности применения положений Закона о ГОЗ и Закона N 44-ФЗ при осуществлении закупок по ГОЗ.
Буквальное толкование нормы ст. 6 Закона о ГОЗ позволяет прийти к заключению о возможности предоставления участником закупки документов, подтверждающих его право не предоставлять обеспечение исполнения обязательств по контракту в соответствии с Постановлением N 1482, не только в составе заявки на участие в закупке, но и при заключении государственного контракта.
Положения ст. 6 Закона о ГОЗ и норм Постановления N 1482 свидетельствуют, что при установлении требований к документам, подтверждающим право участника закупки не предоставлять обеспечение исполнения обязательств по контракту, заказчик имеет право установить их как в общем виде (как указано в Постановлении N 1482), так и конкретизировать (например, установить конкретные тип/модель технологического оборудования, которым должен обладать участник закупки), что не будет противоречить обобщенным требованиям, установленным в Постановлении N 1482.
Реализация изложенных предложений по совершенствованию законодательства в сфере закупок, а также решение выявленных проблем закупочной деятельности в части обеспечения исполнения контракта, по нашему мнению, позволит повысить эффективность и результативность обеспечения государственных нужд при проведении закупок в рамках ГОЗ.

Библиографический список

  1. Беляева О.А. Альтернативы задатку на торгах // Журнал российского права. 2011. N 11.
  2. Беляева О.А. Гарантийные удержания при подрядных отношениях в строительстве // Право и экономика. 2008. N 5.
  3. Беляева О.А. Гособоронзаказ: законодательный нонсенс // Аукционный вестник. 2016. N 302.
  4. Булаев С.В. Знакомьтесь: новый Закон о гособоронзаказе // Казенные учреждения: бухгалтерский учет и налогообложение. 2013. N 3.
  5. Морозова А.А. Правовые проблемы обеспечения исполнения обязательств по государственному (муниципальному) контракту // Публичные закупки: проблемы правоприменения: Материалы Третьей Всероссийской научно-практической конференции (9 июня 2015 г., МГУ им. М.В. Ломоносова). М., 2015.
  6. Поваров Ю.С. К вопросу об однозначности терминологии, используемой законодателем // Проблемы осуществления гражданских прав: Межвуз. сб. науч. трудов. Самара, 2002.
  7. Свининых Е.А. Опыт и пути оптимизации системы закупок товаров, работ, услуг для обеспечения обороны страны и безопасности государства: правовой аспект // Право в Вооруженных Силах. 2015. N 2.
  8. Система обеспечения законодательной деятельности Российской Федерации. URL: http://sozd.parlament.gov.ru/download/03B2B88D-963A-469C-9193-7967FDDEF599.

References

  1. Belyaeva O.A. Alternatives for earnest money at bidding // Zhurnal rossijskogo prava = Journal of Russian Law. 2011. No. 11. Pp. 39 - 44 (in Russ.).
  2. Belyaeva O.A. Guarantee deduction at the contractor relations in construction // Pravo i ekonomika. 2008. No. 5. Pp. 26 - 30 (in Russ.).
  3. Belyaeva O.A. State defense order: legislative nonsense // Auktsionnyy vestnik. 2016. No. 302. P. 2 (in Russ.).
  4. Bulaev S.V. State institutions: accounting and taxation // Kazennye uchrezhdeniya: bukhgalterskiy uchet i nalogooblozhenie. 2013. No. 3. Pp. 57 - 65 (In Russ.).
  5. Morozova A.A. Legal problems of ensuring performance of obligations under the government (municipal) contract // Public purchases: law enforcement problems: Materials of the Third All-Russian scientific and practical conference (on June 9, 2015, Lomonosov Moscow State University). Moscow, 2015. 250 p. (in Russ.).
  6. Povarov Yu.S. To a question of unambiguity of the terminology used by the legislator // Problems of implementation of the civil rights: interuniversity collection of scientific works. Samara, 2002. 235 p. (in Russ.).
  7. Svininykh Ye.A. Experience and ways to defense and security procurement system optimization: the legal aspect // Pravo v Vooruzhennykh Silakh. 2015. No. 2. Pp. 56 - 68 (in Russ.).
  8. System of ensuring legislative activity of the Russian Federation. Available at: http://sozd.parlament.gov.ru/download/03B2B88D-963A-469C-9193-7967FDDEF599.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:



Вернуться на предыдущую страницу

Последние новости
  • Москва, Московская область
    +7 (499) 703-47-96
  • Санкт-Петербург, Ленинградская область
    +7 (812) 309-56-72
  • Федеральный номер
    8 (800) 555-67-55 доб. 141

Звонки бесплатны.
Работаем без выходных


12 августа 2019 г.
Проект Федерального закона № 771509-7 "О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ в части наделения Правительства РФ полномочием на утверждение требований к форме и содержанию годовых отчетов о выполнении программ деятельности государственных корпораций (компаний), публично-правовых компаний"

Законопроектом предлагается внести в Налоговый кодекс РФ изменения, предусматривающие, что в случае безвозмездной передачи органам государственной власти имущества, приобретенного (созданного) за счет средств субсидии, налогоплательщик вправе наравне с признанием внереализационного дохода в виде сумм субсидии в порядке пункта 4.1 статьи 271 НК РФ также признавать расход в виде стоимости безвозмездно передаваемого имущества.




7 августа 2019 г.
Проект Федерального закона № 770765-7 "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части совершенствования отношений, связанных с созданием искусственных земельных участков, созданных на водных объектах, находящихся в федеральной собственности"

Законопроект, в частности, предусматривает внесение изменений  в части исключения положений о проведении аукциона на право создания искусственного земельного участка на водном объекте, регламентации вопросов, связанных с созданием искусственных земельных участков на водных объектах, находящихся в федеральной собственности, в том числе при создании морского порта и расширении его территории.




4 августа 2019 г.
Вступил в силу Федеральный закон от 3 августа 2018 г. N 320-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"

Целью данного Закона является стимулирование добровольного страхования жилья граждан. Законом устанавливается, что органы государственной власти субъектов РФ вправе разрабатывать, утверждать и реализовывать программы организации возмещения ущерба, причиненного расположенным на территориях субъектов РФ жилым помещениям граждан, с использованием механизма добровольного страхования.




1 августа 2019 г.
Проект Федерального закона № 767187-7 "О внесении изменения в статью 24 Федерального закона "О связи"

Законопроект разработан Министерством цифрового развития, связи и массовых коммуникаций Российской Федерации во исполнение пункта 6 раздела VI плана мероприятий ("дорожной карты") по развитию конкуренции в отраслях экономики Российской Федерации и переходу отдельных сфер естественных монополий из состояния естественной монополии в состояние конкурентного рынка на 2018 - 2020 годы. Его реализация направлена на снижение барьеров доступа на рынок, решению задач технологического развития страны, ускорению строительства современных сетей связи, в том числе в сельской местности.




29 июля 2019 г.
Проект Федерального закона № 764260-7 "О внесении изменений в статьи 3.5 и 12.27 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях"

В целях возможности смягчения административного наказания при совершении водителем правонарушения, связанного с оставлением места ДТП в случаях, когда отсутствуют серьезные последствия для его участников, законопроектом предлагается внести изменение в часть 2 статьи 12.27 КоАП РФ, предусматривающее наряду с действующими административными наказаниями введение дополнительно административного штрафа в размере десяти тысячи рублей или возможности лишения права управления транспортными средствами на срок менее одного года. 



В центре внимания:


Особенности обеспечения исполнения обязательств по контракту при закупках по государственному оборонному заказу (Михашин А.В.)

Дата размещения статьи: 12.08.2019

подробнее>>

Изменение условий сделки, заключенной по итогам закупки: актуальные вопросы судебной практики (Тасалов Ф.А.)

Дата размещения статьи: 07.08.2019

подробнее>>

Госзакупки в электронной форме. Новые разъяснения от Минфина России (Шестакова М.)

Дата размещения статьи: 15.01.2019

подробнее>>

Закон о контрактной системе: что нового? (Гусев А.)

Дата размещения статьи: 26.03.2018

подробнее>>

Контрактная система: 2018, январь (Гусев М.Г.)

Дата размещения статьи: 14.03.2018

подробнее>>
Предпринимательство и право, информационно-аналитический портал © 2011 - 2019
При любом использовании материалов сайта - активная ссылка на сайт lexandbusiness.ru обязательна.

Навигация

Статьи