Главная Новости Общие вопросы Формы деятельности Договоры Виды деятельности Вопрос-ответ Контакты

Быстрая навигация: Каталог статей > Иные вопросы > Эволюция регулирования управляющих организаций: некоторые замечания для реформы корпоративного права в России (Горбунов Е.Ю.)

Эволюция регулирования управляющих организаций: некоторые замечания для реформы корпоративного права в России (Горбунов Е.Ю.)

Дата размещения статьи: 18.11.2016

В своей предыдущей статье <1> автор обещал рассмотреть отдельно вопросы, связанные с выступлением в роли "волеизъявляющего" органа хозяйственного общества юридического лица - управляющей организации (часто именуемой также управляющей компанией). Настоящая статья отчасти воплощает в жизнь это обещание.
--------------------------------
<1> См.: Горбунов Е.Ю. О лицах, действующих без доверенности: к реформе законодательства о хозяйственных обществах // Вестник экономического правосудия РФ. 2015. N 4. С. 127 - 139.

Продолжающаяся реформа гражданского законодательства и перспективная реформа законодательства о хозяйственных обществах требуют повышенного внимания как со стороны профессионального сообщества юристов, так и со стороны деловых кругов. Трудно не согласиться с бывшим председателем Совета управляющих Федеральной резервной системы США А. Гринспеном, который на вопрос о наиболее важном факторе экономического роста ответил, что этот фактор - верховенство права <2>. Подлинное совершенствование законодательства вряд ли возможно без учета эволюции тех правовых институтов, которые предполагается подвергнуть корректировке. Это, в свою очередь, повышает значимость историко-правовых исследований, которые, к сожалению, нередко считаются чуть ли не праздным времяпрепровождением.
--------------------------------
<2> См.: Bingham T. The Rule of Law. London, 2011. P. 38.

В литературе высказано предположение, что идеология передачи функций единоличного исполнительного органа управляющей организации как схемы корпоративного контроля восходит к институту антикризисного управления и положениям утратившего силу Закона РФ от 19.11.1992 N 3929-1 "О несостоятельности (банкротстве) предприятий" <3>. И.В. Григораш правильно отметил, что концепция передачи функций исполнительного органа командам профессиональных управленцев формировалась в условиях острой нехватки компетентных менеджеров и могла мотивироваться кадровыми проблемами <4>. Однако нельзя согласиться с его мнением, что "в целом в развитых правопорядках... конструкция данного механизма в его буквальном юридическом содержании "передачи полномочий единоличного исполнительного органа" на данный момент не имеет распространения" <5>.
--------------------------------
<3> См.: Григораш И.В. Институты основных и дочерних обществ: межкорпоративные взаимоотношения, контроль и ответственность // Корпоративное право: актуальные проблемы теории и практики / Под общ. ред. В.А. Белова. М., 2009. С. 420.
<4> Там же.
<5> Там же.

Если вести речь о "буквальном юридическом содержании", то, строго говоря, в иностранных правопорядках мы увидим лишь функциональные аналоги отечественного единоличного исполнительного органа. В этом смысле И.В. Григораш прав. Однако в функциональном смысле управляющая организация хозяйственного общества (в деловом языке нередко именуемая управляющей компанией), безусловно, пришла в российский правопорядок из юрисдикций с развитым корпоративным правом, хотя и не из традиционно близкого российскому германского права. В последнем в качестве директоров допускаются только физические лица. Германский Закон об ООО 1892 г. специально оговаривает, что в качестве директоров общества могут выступать только физические лица (абз. 2 § 6 Закона <6>). Аналогично Акционерный закон ФРГ 1965 г. предусматривает, что членами "волеизъявляющего" органа акционерного общества - правления (Vorstand) могут быть только физические лица (§ 76 Акционерного закона <7>) <8>.
--------------------------------
<6> См.: URL: https://www.gesetze-im-internet.de/englisch_gmbhg/englisch_gmbhg.html.
<7> См.: URL: http://www.gesetze-im-internet.de/aktg/76.html.
<8> Б. Блэк из этой нормы, а также из отсутствия в Акционерном законе положений об обязанностях управляющей организации делает вывод о невозможности такого способа управления, как передача полномочий исполнительного органа управляющей организации (см.: Блэк Б. Правовое регулирование ответственности членов органов управления: анализ мировой практики. М., 2010. С. 165).

Ошибочное представление о наличии в германском корпоративном праве договора о передаче функций единоличного исполнительного органа управляющей организации <9>, по всей видимости, основано на отождествлении прямо урегулированного германским Акционерным законом договора о подчинении (Beherrschungsvertrag) с российским договором о передаче полномочий. Однако между ними есть различие. Согласно § 308 Акционерного закона Германии господствующее предприятие вправе давать указания правлению подчиненного общества по управлению обществом, а правление обязано им следовать. Однако само правление не замещается господствующим предприятием.
--------------------------------
<9> См.: Банк России. Доклад о совершенствовании корпоративного управления в публичных акционерных обществах. М., 2015. С. 39.

Источником заимствования, вероятно, является английское право, а также близкие ему правопорядки. Однако представлять дело таким образом, что отношения по поводу управления одним юридическим лицом другими неизвестны из предшествующей истории отечественной экономической жизни, было бы неверно. Основоположники эволюционной парадигмы в экономической теории Р. Нельсон и С. Уинтер совершенно справедливо отметили, что "даже в бурлящей среде в поведении индивидов, фирм и экономических институтов, как правило, ощутимо проявляются элементы преемственности с прошлым" <10>. Такой бурлящей средой, конечно, была постсоветская экономика Российской Федерации.
--------------------------------
<10> Нельсон Р., Уинтер С. Эволюционная теория экономических изменений / Пер. с англ. М., 2002. С. 10.

В постсоветской России управляющие организации получили достаточно широкое распространение в рамках крупных бизнес-групп, прежде всего холдингов <11> ("ЕВРАЗ", НЛМК, "Северсталь", "Мечел", РУСАЛ - лишь часть примеров). В некоторых холдингах управляющая организация руководит значительной частью входящих в их состав производственных компаний (например, Объединенная компания "Российский алюминий"). В других холдингах во главе каждого отдельного дивизиона стоит отдельная управляющая организация (к примеру, ООО "УК "Мечел-сталь" управляет металлургическими заводами группы "Мечел", ООО "УК "Мечел-майнинг" управляет горнодобывающими компаниями группы "Мечел"), в третьих - лишь некоторые дивизионы управляются с использованием такого инструмента, как управляющая организация.
--------------------------------
<11> В экономической литературе в качестве форм бизнес-групп наряду с холдингами выделяются также финансово-промышленные группы и сетевые индустриальные организации (см.: Лисин В.С. Стратегические ориентиры экономического развития черной металлургии в современных условиях. М., 2005. С. 228 - 229).

Возникновение интегрированных бизнес-групп объясняется в том числе необходимостью преодоления случившегося в процессе перехода к рыночной экономике разрыва хозяйственных связей между предприятиями, добивавшимися "хозяйственной самостоятельности" <12>, <13>. В одной из экономических работ, написанных в эпоху приватизации, приводится следующая рекомендация: "На основе предприятий, входящих в объединения, ассоциации, концерны, для содействия кооперации предприятий-смежников рекомендуется создание холдинговых компаний" <14>. Если в постсоветской экономике России производственно-хозяйственные комплексы представлены холдингами <15>, то в доперестроечной советской экономике 1970 - 1980-х гг. они существовали в форме объединений - производственных и промышленных.
--------------------------------
<12> См., напр.: Алексеев В.В., Гаврилов Д.В. Металлургия Урала с древнейших времен до наших дней. М., 2008. С. 745.
<13> Австрийский экономист Л. фон Мизес, комментируя взгляды социалистов, выступавших за демократизацию управления предприятиями, отмечал: "...они полагали, что отдельные предприятия могут получить известную свободу и независимость в ведении собственных дел без угрозы для унификации и разумной координации производства. Если поставить каждое предприятие под контроль рабочих комитетов, никаких трудностей быть не может. Здесь мы находим целый букет ошибок и заблуждений. Проблемы управления экономикой намного менее существенны в отношении отдельного предприятия, чем в отношении согласования работы предприятия с экономикой в целом. Речь идет о закрытии, расширении, сокращении и перестройке предприятий, об организации новых производств, но это все вопросы, которые никогда не могут быть решены рабочими отдельного предприятия. Проблемы управления промышленностью далеко выходят за рамки вопроса об управлении отдельным предприятием" (Мизес Л. фон. Социализм: экономический и социологический анализ / Пер. с англ. Б. Пинскера; науч. ред. Р. Левита. М.; Челябинск, 2016. С. 186). Этот анализ Мизеса стал своего рода пророчеством по поводу попыток демократизации управления промышленностью в СССР, предпринятых спустя более 60 лет с момента опубликования его книги (1922 г.).
<14> Матвиевская Э.Д. Акционирование в Российской Федерации. 1993 год. М., 1994. С. 11; См. также: п. 4 ст. 8 Закона РСФСР от 03.07.1991 N 1531-1 "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР".
<15> См.: Лаптев В.В. Субъекты предпринимательского права // Предпринимательское (хозяйственное) право. Избранные труды. Екатеринбург, 2008. С. 321 - 322; Он же. Предпринимательское (хозяйственное) право и реальный сектор экономики. М., 2010. С. 40.

Производственными объединениями (комбинатами) назывались объединения с производственными единицами, не имеющими прав предприятий <16>, промышленными объединениями - объединения с самостоятельными предприятиями. Производственное объединение могло входить в состав промышленного. В литературе последнее применительно к системе управления отраслью характеризовалось как "звено более высокого порядка, чем производственное объединение или предприятие" <17>. Промышленным объединениям вменялась функция перспективного и текущего технико-экономического планирования для группы предприятий <18>, в чем проявляется их сходство с современными холдингами.
--------------------------------
<16> "Производственное объединение (комбинат) - единый производственно-хозяйственный комплекс, образующийся путем органического слияния производственных единиц, теряющих при этом полностью или частично юридическую самостоятельность" (Волкова К.А., Казакова Ф.К., Симонов А.С. Государственное предприятие: структура, положения об отделах и службах, должностные инструкции: Справочное пособие. М., 1990. С. 6).
<17> Горбунов Н.Н. Правовое положение объединений в промышленности. М., 1980. С. 45.
<18> См.: Елисеев В.А. Управление всесоюзным промышленным объединением. Киев; Донецк, 1976. С. 75.

Промышленные объединения действовали на основании Общего положения о всесоюзном и республиканском промышленных объединениях, утвержденного Постановлением Совета Министров СССР от 02.03.1973 N 140 (далее - Общее положение) <19>. В годы перестройки промышленные объединения были признаны лишним звеном управления отраслями. Так, Постановлением ЦК КПСС, Совмина СССР от 17.07.1987 N 823 "О перестройке деятельности министерств и ведомств сферы материального производства в новых условиях хозяйствования" в качестве первого шага по сокращению звенности в управлении отраслями было признано целесообразным ликвидировать всесоюзные промышленные объединения.
--------------------------------
<19> Постановлением Совета Министров СССР от 21.12.1990 N 1332 "О признании утратившими силу и изменении решений Правительства СССР в связи с Законом СССР "О предприятиях в СССР" Постановление Совета Министров СССР от 02.03.1973 N 140 "Об утверждении Общего положения о всесоюзном и республиканском промышленных объединениях" признано утратившим силу.

В состав промышленных объединений, как уже было сказано, входили предприятия, которые признавались юридическими лицами. Руководство промышленным объединением осуществлялось управлением (п. 16 Общего положения), которое признавалось отдельным юридическим лицом. Само управление возглавлялось начальником объединения и представляло собой специальный аппарат, отдельный от аппарата головного завода. В.В. Лаптев, характеризуя его правовое положение, указывал, что оно "руководит предприятиями и организациями, входящими в состав объединения, выступает по отношению к ним как вышестоящий орган, осуществляет хозяйственную деятельность, имеет самостоятельный баланс, действует на началах хозяйственного расчета, имеет права и обязанности, связанные с его деятельностью, и является юридическим лицом" <20>.
--------------------------------
<20> Лаптев В.В. Правовое положение промышленных и производственных объединений. М., 1978. С. 70 - 71.

Однако в отличие от управляющей организации хозяйственного общества управление промышленного объединения не осуществляло полномочий директоров предприятий, входивших в состав промышленного объединения, и не могло непосредственно распоряжаться имуществом таких предприятий. Согласно п. 18 Общего положения начальник объединения распоряжается лишь имуществом, закрепленным за управлением объединения. В.В. Лаптев, комментируя положения о полномочиях начальника объединения, писал, что он "действует в пределах компетенции управления, а не самого объединения, хотя и представляет интересы объединения" <21>.
--------------------------------
<21> Там же. С. 72.

Тем не менее Общее положение предусмотрело определенные права управления объединения в отношении имущества предприятий и организаций, входящих в объединение. Его п. 34 предусмотрено, что при централизованном осуществлении управления отдельными производственно-хозяйственными функциями необходимые для этого средства и другое имущество выделяются за счет средств и другого имущества предприятий, организаций, а также самого управления в порядке и размерах, устанавливаемых начальником объединения по согласованию с предприятиями и организациями, входящими в состав объединения.
Согласно п. 35 Общего положения управление объединения могло: осуществлять перераспределение прибыли, амортизационных отчислений, предназначенных для полного восстановления основных фондов; изымать у предприятий излишние (сверх норматива) оборотные средства; перераспределять внутри объединения сверхнормативные и неиспользуемые на предприятиях оборудование, транспортные средства, материалы, топливо и другие материальные ресурсы; разрешать подчиненным предприятиям реализовать безвозмездно другим предприятиям оборудование, транспортные средства. В.В. Лаптев отмечал, что эти права управления "следует трактовать не как "вторичное" право оперативного управления, а как особое право распоряжения имуществом, закрепленное за центром системы для обеспечения ее имущественного единства" <22>. Н.Н. Горбунов характеризовал соответствующее изъятие как действие вышестоящего органа в отношении имущества подчиненных ему хозорганов <23>. В работе "Объединения в промышленности" под ред. Ю.М. Козлова соответствующие права управления объединения названы правами "владения, пользования и распоряжения имуществом объединения в пределах, установленных законом и в соответствии с целями своей деятельности" <24> (возможно, здесь принято во внимание, что раздел Общего положения, в котором закреплены эти права, назван "Имущество объединения").
--------------------------------
<22> Там же. С. 102 - 103.
<23> См.: Горбунов Н.Н. Указ. соч. С. 47.
<24> Объединения в промышленности / Под ред. Ю.М. Козлова. М., 1978. С. 103.

Следует отметить, что п. 14 Общего положения вменял управлению объединения обязанность соблюдения прав предприятий и организаций, входящих в состав объединения. В целях сочетания интересов промышленного объединения с интересами входивших в его состав предприятий и организаций в объединении создавался совет директоров, председателем которого являлся начальник объединения (п. п. 24, 25 Общего положения). К компетенции совета директоров Общее положение отнесло в том числе рассмотрение проектов перспективных и текущих планов развития объединения и предприятий и организаций, входящих в его состав, проектов планов организационно-технических мероприятий, направленных на обеспечение специализации и кооперирования предприятий и организаций, проектов планов изменения цен на продукцию и др. Этот перечень не был закрытым (в п. 26 Общего положения использована формулировка "и другие вопросы деятельности объединения"). Следует отметить, что в литературе функции совета директоров характеризовались как совещательные, а за его решениями не признавалось обязательной силы для начальника объединения <25>.
--------------------------------
<25> См.: Лаптев В.В. Указ. соч. С. 76.

Нетрудно заметить, что промышленные объединения очень напоминают одну из схем организации управления, принятых в западных корпорациях. Опыт буржуазных государств, как показывает анализ советской литературы, изучался как в период индустриализации, так и в более позднее время. В одной из работ, написанных как раз в эпоху индустриализации по материалам заграничной командировки в США, приводится так называемая децентрализованная схема управления "Дженерал Электрик". Отдельные заводы представляли собой, по словам автора, самостоятельные единицы. "Роль главной конторы по этим заводам ограничивается утверждением производственно-финансового плана, выработкой директив в области финансовых вопросов, а также расширением или сокращением номенклатуры изделий" <26>. Во главе головной конторы стоит совет директоров, который из своей среды выбирает председателя совета, президента, вице-президентов и формирует исполнительный комитет. Директора отдельных заводов подчинены вице-президенту по управлению производством <27>. Руководство заводом осуществляется директором, помощником директора по административной части и главным техническим директором, выполняющим также функции заместителя директора <28>.
--------------------------------
<26> Чеботарев Д. Управление промышленными предприятиями в С.-А.С.Ш. По материалам заграничной командировки. Л.; М., 1931. С. 9.
<27> См.: Там же. С. 21.
<28> См.: Там же. С. 53.

Несмотря на наличие сходств между управлением промышленным объединением в СССР и известной современному российскому праву управляющей организацией, предысторию управляющей организации следует искать в английском деле Re Bulawayo Market and Offices Co., Ltd (1907). Оно рассматривалось Канцлерским отделением Высокого суда (Chancery Division). Миноритарный акционер названной компании подал иск о ее принудительной ликвидации в связи с принятым компанией решением об изменении устава (articles of association). До изменения устав содержал ст. 128, предусматривавшую право директоров назначать менеджеров, поручать этим менеджерам и возлагать на них полномочия, которые могут быть осуществлены директорами. Старая редакция ст. 128 была исключена из устава и заменена следующим положением: "До тех пор пока компанией не принято решение об ином... в компании не будет директоров... а контроль за компанией и управление ее деятельностью... будут переданы менеджеру или менеджерам и эти менеджер или менеджеры могут осуществлять все те права компании и совершать от имени компании все те действия, которые могут быть совершены компанией, и в отношении которых законом или настоящим уставом не установлено требование о совершении действий их компанией в лице общего собрания. Всякий раз, когда в соответствии с настоящим уставом директора обязаны или уполномочены либо им предоставлена дискреция совершать или не совершать какое-либо действие, менеджеры могут совершать или не должны совершать, либо уполномочены на совершение соответствующего действия. 128a. Первым менеджером компании будет Rhodesia Exploration and Development Company (Limited), которая (до тех пор, пока не будут назначены директора) будет занимать этот пост до тех пор, пока она способна и готова действовать. Последующий менеджер или менеджеры будут назначены компанией на общем собрании" <29>.
--------------------------------
<29> Содержание дела излагается по отчету барристера А. Лоуренса. См.: The Times Law Reports. 1906 - 1907. Vol. xxiii. P. 714 - 715.

Представитель истца настаивал, что решение компании направлено на лишение акционеров защиты, предоставленной им Законами о компаниях посредством возложения на директоров обязанностей и ответственности. По мнению истца, оно противоречит целям регулирования, из которых исходят Законы, а потому является совершенным за пределами правоспособности компании (ultra vires). По решению полный контроль над компанией неограниченное время будет иметь Rhodesia Company без какой-либо возможности для акционеров сделать ответственными за ненадлежащее ведение дел конкретных индивидов. Директор должен иметь ум, осмотрительность, деликтоспособность (capacity to be punished), сознание, а компания с ограниченной ответственностью не имеет таких качеств, как минимум первых двух или последнего. Компания не может подписывать документы. Истец также утверждал, что Закон об ответственности директоров 1890 г. (Directors Liability Act) не будет действовать в случае иска к компании, но будет применим к директорам - физическим лицам. Изменение устава компании Bulawayo Market and Offices было, по мнению истца, настолько значительным в части лишения акционеров контроля над управлением, что на самом деле устранило субстрат компании, в связи с чем надлежащим средством защиты являлась ее ликвидация <30>.
--------------------------------
<30> Ibid. P. 715.

Поясняя решение об отказе в удовлетворении иска, судья Уоррингтон указал, что Закон о компаниях 1862 г. содержит ряд положений, направленных на защиту акционеров, но ни одно из них не свидетельствует о том, что законодатель считал обязательным для компании иметь директоров либо что (другая) компания не может выступать в качестве директора. На самом деле последующие Акты понимались в соответствии с обычной практикой таким образом, что директорами должны быть физические лица, но ничто в них не свидетельствует о необходимости того, чтобы директор не был компанией. Поэтому ничего выходящего за пределы правоспособности компании в решении компании не было <31>.
--------------------------------
<31> Ibid. P. 715.

На дело Re Bulawayo Market and Offices Co., Ltd ссылаются при описании возможности назначения компании директором другой компании на Кипре <32>. Однако на Кипре такая возможность усматривается непосредственно из текста Закона о компаниях <33>. В его ст. 172, устанавливающей запрет на совмещение должностей директора и секретаря в отношении определенных лиц, сказано, что компания не должна иметь в качестве единственного директора корпорацию, единственный директор которой является секретарем компании. Таким образом, Закон не просто разрешает, чтобы корпорация была директором кипрской компании, но и допускает, что она будет единственным директором. Такая конструкция схожа с российской моделью управления, при которой полномочия исполнительного органа хозяйственного общества передаются юридическому лицу - управляющей организации.
--------------------------------
<32> См.: Papasozomenou E. Director's Duties and Liability in Cyprus // Gerner-Beurle C., Paech P., Schuster E.P. Annex to Study on Director's Duties and Liability prepared for the European Commission, 2013. P. 146.
<33> Текст приводится по русскому переводу (см.: Закон о Компаниях Республики Кипр: текст закона / Пер. В.В. Денисенко, К. Куделарис, О.В. Маслова. М., 2010. С. 223). Сверено с английским переводом, актуальным по состоянию на 2012 г. (см.: URL: http://www.olc.gov.cy/olc/olc.nsf/aIl/E1EAEB38A6DB4505C2257A70002A0BB9/$file/The%20Companies%20Law,%20Cap%20113.pdf?openelement).

Иное наблюдается в Канаде. В этой стране применимость подхода дела Re Bulawayo Market and Offices Co., Ltd ставилась под сомнение еще в период действия Закона Доминиона о компаниях (Dominion Companies Act) 1906 г., который исходил из того, что только физические лица могут быть директорами <34>. В ст. 105 Закона Канады о коммерческих корпорациях 1985 г. говорится, что не допускается замещение позиции директора нефизическим лицом <35>.
--------------------------------
<34> См.: Masten C.A., Fraser W.K. Company Law of Canada. Toronto, 1920. P. 448.
<35> Приводится по тексту по состоянию на 26.11.2013. URL: http://laws-lois.justice.gc.ca.

В 1962 г. в Британии Комиссия Дженкинса (Company Law Committee) высказывала мнение о необходимости запрещения компаниям выступать в качестве директоров других компаний. Мотивировалось это тем, что корпорация не может действовать в качестве директора, иначе как делегируя обязанности своим директорам, должностным лицам или служащим. Лицо, которому эти обязанности делегируются, может меняться ежедневно. В связи с этим очень сложно установить, кто в конкретный момент осуществляет функции директора управляемой компании <36>.
--------------------------------
<36> См.: Hicks A., Goo S.H. Cases and Materials on Company Law. Oxford, 2008. P. 322.

Спустя сорок лет этот вопрос вновь был поднят в рамках подготовки реформы корпоративного права. В Белой книге 2002 г. (White Paper) отмечается, что примерно 2% всех директоров являлись корпоративными образованиями. При этом допущение выступать в качестве директоров касается не только компаний, но и партнерств с ограниченной ответственностью (limited liability partnership), местных органов власти и т.д. Авторы Белой книги указывают, что лишь небольшое число стран, за исключением Нидерландов и некоторых офшорных финансовых центров, допускают компании в качестве директоров на тех же основаниях, что и физических лиц. В Австралии, Новой Зеландии, Канаде и Сингапуре введены запреты. Франция допускает компании в качестве директоров лишь при условии назначения компанией-директором физического лица в качестве ее постоянного представителя, с которым она совместно отвечает за любой проступок или небрежность. Большинство штатов США, в том числе Делавэр и Мэриленд, требуют, чтобы директора были физическими лицами.
Следует отметить, что упомянутое авторами Белой книги требование о назначении директорами американских корпораций физических лиц не всегда рассматривается как исключающее возможность найма управляющей организации. Возможно, это связано с различиями в подходах к описанию формальной структуры управления в английском и американском корпоративном праве. Менеджеры не имеют формального места в правовой структуре британской компании <37>. Часть 10 британского Закона о компаниях 2006 г. названа "Директора компании". В отличие от этого подраздел IV главы I титула 8 Кодекса Делавэра назван "Директора и должностные лица" (Directors and Officers) <38>. Директора американской корпорации имеют право поделить полномочия и делегировать их должностным лицам, как сочтут нужным <39>. Б. Блэк и соавторы указывают, что "в соответствии с корпоративным правом штата Делавэр совет директоров вправе нанять управляющую компанию для осуществления текущего управления, и существуют примеры, когда акционерные общества поступали таким образом" <40>.
--------------------------------
<37> См.: Davies P., Worthington S. Gower and Davies' Principles of Modern Company Law. London, 2012. P. 390.
<38> См.: URL: http://delcode.delaware.gov/title8/c001/sc04/index.shtml.
<39> См.: Clark R.C. Corporate Law. Little, Brown, 1986. P. 113.
<40> Блэк Б., Чеффинс Б., Гелтер М. Отчет о результатах сравнительного анализа правового регулирования ответственности членов органов управления хозяйственных обществ (по состоянию на декабрь 2006 года). С. 161. URL: http://ssrn.com/abstract=1001991.

Среди практических проблем, возникающих в связи с компанией-директором, авторы Белой книги 2002 г. называют сложность для публики и регуляторов определить, кто действительно контролирует компанию, и возможность возникновения трудностей в применении санкций против компаний-директоров. На этом основании было предложено запретить компаниям, созданным после принятия нового Закона, назначать в качестве директоров корпоративные образования, запретить назначать таковых в существующие компании, а после переходного периода запретить компании в качестве директоров в принципе <41>.
--------------------------------
<41> См.: Hicks A., Goo S.H. Cases and Materials on Company Law. P. 322 - 323.

Однако, как пишет Дж. Лори, правительство пришло к выводу, что полный запрет может навредить тем компаниям, которые используют имеющиеся гибкие возможности <42>. Результатом компромисса стала формулировка ст. 155 Закона о компаниях 2006 г., согласно которой компания должна иметь как минимум одного директора - физическое лицо. Учитывая положение ст. 154 о том, что непубличная компания (private company) может иметь только одного директора (публичная же должна иметь не менее двух директоров), по Закону 2006 г. компания не может выступать в качестве единственного директора английской компании.
--------------------------------
<42> См.: Dignam A., Lowry J. Company Law. Oxford, 2006. P. 261.

В последующем Закон о компаниях 2006 г. все-таки был изменен. Законом 2015 г. (Small Business, Enterprise and Employment Act 2015) <43> внесены существенные изменения в регулирование вопросов назначения директоров компаний. Статья 155 Закона о компаниях 2006 г. была отменена. В его текст включена ст. 156A "Каждый директор должен быть физическим лицом". Назначение директора, осуществленное с нарушением ст. 156A, является ничтожным. При этом последнее положение не исключает ответственности лица согласно Закону или другому акту в случае, если оно действует как де-факто директор или как теневой директор. Согласно ст. 156B министр (The Secretary of State) может предусмотреть нормативно-правовыми актами случаи, когда лицо, не являющееся физическим лицом, может быть назначено директором компании. Но и при этом компания должна будет иметь одного директора - физическое лицо. В соответствии со ст. 156B нормативно-правовые акты министерства должны содержать указание об этом.
--------------------------------
<43> URL: http://www.legislation.gov.uk/ukpga/2015/26/pdfs/ukpga_20150026_en.pdf.

В опубликованном Министерством предпринимательства, инноваций и ремесел Великобритании (Department for Business, Innovation & Skills) документе "Корпоративные директора. Объем исключений из запрета корпоративных директоров" (ноябрь 2014) <44> отражены взгляды Министерства по вопросу случаев допустимости компаний-директоров. Этот документ имеет своей целью также получение откликов от заинтересованных лиц по поводу взглядов Министерства и поставленных им вопросов. В тексте отмечается снижение спроса на услуги компаний-директоров: только 1,2% британских компаний используют эту опцию <45>, в то время как в 2002 г. эта доля составляла 2%. Причиной ограничения использования компаний-директоров называется их непрозрачность и риск облегчения незаконной деятельности <46>.
--------------------------------
<44> Corporate Directors. Scope of exceptions to the prohibition of corporate directors. URL: https://www.gov.uk/government/uploads/system/uploads/attachment_data/file/378197/bis-14-1017-scope-of-exceptions-to-prohibition-of-corporate-directors.pdf.
<45> Ibid. P. 4.
<46> Ibid. P. 6.

Первое исключение, предложенное авторами, относится к британским компаниям, чьи акции допущены к торгам на организованных рынках (как, например, основной рынок на Лондонской фондовой бирже). Объясняется это тем, что запрет компаний-директоров необходим по соображениям обеспечения транспарентности, что в случае с организованным рынком акций осуществляется при помощи биржевых требований. Исключение предложено также для британских компаний, акции которых допущены к торгам на альтернативных торговых площадках (таких, как Альтернативный инвестиционный рынок - Alternative Investment Market, AIM). Те британские компании, акции которых торгуются на зарубежных площадках, также предложено отнести к исключениям.
Исключение предлагается также для больших компаний (публичных и непубличных) в составе групп. Кроме того, к исключениям предложено отнести компании регулируемых секторов: благотворительные компании, управляющие компании пенсионных фондов, инвестиционные компании открытого типа (Open Ended Investment Companies), а также такие организационно-правовые формы, как европейская компания (Societas Europaea) и партнерство с ограниченной ответственностью (Limited Liability Partnerships) <47>.
--------------------------------
<47> См.: Corporate Directors. Scope of exceptions to the prohibition of corporate directors. P. 5.

Использование "корпоративных директоров" в управлении группами компаний позволяет снижать административные издержки на подготовку документов и посещение заседаний, относящиеся к директорам - физическим лицам. В документе отмечается, что "корпоративные директора" помогают избежать издержек, связанных с частой регистрацией изменений директоров - физических лиц <48>.
--------------------------------
<48> Ibid. P. 8.

Помимо компаний с листингом, исключение должно касаться и компаний в более широкой группе. Для этого авторы документа предложили критерии допустимости назначения компаний-директоров в дочерних компаниях. Первое соображение касается природы дочерней компании. Применительно к "активным" компаниям, вероятно, решения будут приниматься физическим лицами. Если компания "спящая" <49>, то авторы усматривают в этом явный случай исключения. Второе соображение связано с природой отношений материнской и дочерней компаний. Здесь учитывается следующее. Во-первых, авторы рассматривают в качестве исключения стопроцентные дочерние компании (wholly-owned subsidiaries), под которыми в соответствии со ст. 1159 (2) Закона о компаниях 2006 г. понимаются компании, не имеющие иных участников, кроме материнской компании, ее стопроцентных дочерних компаний или лиц, действующих от их имени. Во-вторых, исключение может применяться к дочерним компаниям, если материнская компания является мажоритарным акционером или имеет возможность назначать директоров дочерней компании. В-третьих, при широком подходе исключением могут охватываться компании группы, подверженные влиянию материнской компании по ряду возможных направлений: право голоса, назначение директоров, иное доминирующее влияние, или если компании управляются на унифицированной основе <50>.
--------------------------------
<49> Понятие "спящей" компании определено в ст. 1169 Закона о компаниях 2006 г. Если опустить нюансы, то компания считается "спящей" в течение любого периода, в котором у нее нет существенных (для целей отчетности) сделок.
<50> См.: Corporate Directors. Scope of exceptions to the prohibition of corporate directors. P. 10 - 11.

Третье ключевое соображение связано с природой самой компании-директора (т.е. управляющей организации, говоря в российских терминах). Авторы документа считают, что нужно позволить дочерним компаниям холдинга назначать управляющими организациями только материнские компании либо другие компании группы. Такое решение мотивируется обеспечением транспарентности и связывается с потребностью в "корпоративном директоре". Авторы также рассматривают вопрос об обусловленности назначения компании-директора тем, что все ее директора представлены физическими лицами <51>.
--------------------------------
<51> См.: Corporate Directors. Scope of exceptions to the prohibition of corporate directors. P. 11.

России вряд ли следует целиком перенимать ограничительный подход британского законодателя. Налицо изменение регулирования от дозволения, выраженного в деле Re Bulawayo Market and Offices Co., Ltd, к общему запрету <52> в Законе 2015 г. В то же время актуальность для нашей страны целей, поставленных британским законодателем при введении соответствующего общего запрета, можно обсуждать.
--------------------------------
<52> Показателем общего характера запрета является наличие исключений из него (см.: Алексеев С.С. Общие дозволения и общие запреты в советском праве // Собрание сочинений: В 10 т. М., 2010. Т. 2. С. 304).

Транспарентность и защита оборота могут обеспечиваться установлением требований к сведениям, вносимым в ЕГРЮЛ, а также предоставляемым из реестра. Некоторые проблемы на сегодняшний день разрешены. Так, ранее обсуждавшийся <53> вопрос о смене местонахождения управляемого общества в случае передачи полномочий его единоличного исполнительного органа управляющей организации разрешен в п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 61 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с достоверностью адреса юридического лица", в котором закреплено, что передача полномочий не влечет изменения местонахождения юридического лица.
--------------------------------
<53> См.: Осипенко О.В. Конфликты в деятельности органов управления акционерных компаний. М., 2007. С. 465.

Еще один вопрос был связан с иностранной управляющей организацией, которой также могут быть переданы полномочия единоличного исполнительного органа российского хозяйственного общества <54>. В соответствии с Приказом ФНС России от 25.01.2012 N ММВ-7-6/25@ "Об утверждении форм и требований к оформлению документов, представляемых в регистрирующий орган при государственной регистрации юридических лиц, индивидуальных предпринимателей и крестьянских (фермерских) хозяйств" в регистрирующий орган сообщается полное наименование представительства или филиала в Российской Федерации (если полномочия осуществляются через представительство или филиал), данные физического лица, через которых иностранное юридическое лицо осуществляет полномочия управляющей организации. Эти сведения отнесены к числу сведений, предоставляемых из ЕГРЮЛ (Приказ ФНС России от 04.09.2015 N ММВ-7-6/376@ "Об утверждении требований к составу и структуре файлов, содержащих сведения из Единого государственного реестра юридических лиц и Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, предоставляемых ФНС России в соответствии с положениями Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей").
--------------------------------
<54> Не следует забывать, что передача полномочий исполнительного органа российских хозяйственных обществ иностранной управляющей организации при определенных условиях может подлежать государственному контролю в соответствии с Федеральным законом от 29.04.2008 N 57-ФЗ "О порядке осуществления иностранных инвестиций в хозяйственные общества, имеющие стратегическое значение для обеспечения обороны страны и безопасности государства".

Однако сведения о лице, через которое иностранная управляющая организация осуществляет полномочия органа, ничего не сообщают о его полномочиях. Абзацем 4 п. 22 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" определено, что третьи лица, полагающиеся на данные ЕГРЮЛ о лицах, уполномоченных выступать от имени юридического лица, по общему правилу вправе исходить из неограниченности этих полномочий. Представляется, что данное положение применимо только к физическим лицам, действующим без доверенности от имени (управляемого) юридического лица и/или к самой управляющей организации, но не к физическим лицам, выступающим от имени иностранной управляющей организации. Из ЕГРЮЛ сейчас даже невозможно понять, кем является "лицо, через которое иностранное юридическое лицо осуществляет полномочия управляющей организации": директором (органом) или представителем управляющей организации по доверенности. На практике встречается, что в реестре в качестве "лица, через которое иностранное юридическое лицо осуществляет полномочия управляющей организации" указан "руководитель" (chief executive officer) иностранной управляющей организации.
В соответствии с подп. 6 п. 2 ст. 1202 ГК РФ порядок приобретения юридическим лицом гражданских прав и принятия на себя гражданских обязанностей определяется на основе личного закона юридического лица, которым по общему правилу считается право страны, где учреждено такое лицо. Вместе с тем п. 3 ст. 1202 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо не может ссылаться на ограничение полномочий его органа или представителя на совершение сделки, неизвестное праву страны, в которой этот орган или представитель совершил сделку, за исключением случаев, когда будет доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о таком ограничении. С учетом внесения в российское законодательство изменений, допустивших выступление от имени корпорации нескольких лиц, действующих совместно (п. 3 ст. 65.3 ГК РФ), такое ограничение прав одного из совместно действующих лиц известно российскому праву. Поэтому проверка полномочий лица, через которого иностранная управляющая организация осуществляет свои полномочия, необходима в любом случае.
Развивая идею о внесении в ЕГРЮЛ сведений о лице, через которого иностранная управляющая организация осуществляет свои полномочия, можно допустить в факультативном (необязательном) порядке возможность внесения в реестр сведений об управляющих директорах - лицах, назначаемых управляющей организацией для отправления, как правило, части ее полномочий непосредственно на предприятии. Управляющие директора действуют на основании доверенности, но часто воспринимаются в обороте как руководители управляемого общества. В случае санкционирования законодателем или разъяснениями Пленума ВС РФ модели субординированных лиц, действующих без доверенности (например, генерального директора и его заместителя) <55>, возможно внесение в ЕГРЮЛ сведений об управляющем директоре в качестве лица, действующего без доверенности от имени управляемого общества, наряду со сведениями об управляющей организации.
--------------------------------
<55> О модели субординированных лиц, действующих без доверенности, см.: Горбунов Е.Ю. Указ. соч.

Такое решение, по логике вещей, должно повлечь распространение на управляющего директора (как на лицо, действующее без доверенности от имени общества) презумпции неограниченных полномочий <56>, хотя подобный подход может показаться небесспорным, поскольку запись о наличии управляющей организации и управляющего директора дает понять, что последний подотчетен управляющей организации. Распространение презумпции неограниченных полномочий на управляющего директора, конечно, чревато рисками для управляющей организации. Кроме того, назначение даже субординированного лица, действующего без доверенности от имени общества, de lege ferenda должно одобряться вышестоящими органами управляемого общества в соответствии с их компетенцией <57>. Но поскольку описанная опция будет факультативной, управляющая организация вправе не вносить в ЕГРЮЛ сведения об управляющем директоре, назначенном в управляемое общество, сохранив в качестве основы его деятельности от имени управляемого общества доверенность.
--------------------------------
<56> См.: Там же. С. 137 - 138.
<57> См.: Там же. С. 137.

Еще одна гипотетическая проблема, о которой периодически высказываются сотрудники Банка России, связана с "матрешечными" структурами - управляющими организациями по управлению управляющими организациями. Речь идет о ситуации передачи полномочий единоличного исполнительного органа самой управляющей организации другой управляющей организации, и так до бесконечности <58>. По мнению тех, кто усматривает эту проблему, она ведет к невозможности установления конкретных физических лиц, принимающих решения от имени управляемого общества. Вину юридического лица следует обсуждать через вину физического лица, осуществляющего полномочия его органа (в частности, применительно к вопросам административной ответственности на это указывает КС РФ в Постановлении от 17.01.2013 N 1-П). Цепочка управляющих организаций затрудняет привлечение к ответственности. В связи с этим возможно законодательно установить требование, по которому управляющая организация должна возглавляться физическими лицами, а не передавать полномочия своего единоличного исполнительного органа другой управляющей организации. И хотя здесь можно обсуждать вариации, связанные с допущением российским законодателем "плюралистической" системы (несколько единоличных исполнительных органов, действующих самостоятельно) и системы коллегиального (совместного) волеизъявления <59>, представляется правильным, чтобы исполнительные органы управляющей организации состояли из физических лиц. Сходное решение предлагается в Великобритании, да и советский "прототип" управляющей организации - управление промышленного объединения - возглавлялся физическим лицом.
--------------------------------
<58> В литературе об этой проблеме высказывался И.В. Григораш, назвавший описанную конструкцию "химерой" а-ля "всадник без головы" (см.: Григораш И.В. Указ. соч. С. 427).
<59> Об этих системах см.: Горбунов Е.Ю. Указ. соч.

References

  1. Alekseev S.S. General Allowances and General Prohibitions in the Soviet Law (Obschie dozvoleniya i obschie zaprety v sovetskom prave), in: Complete Works: Sobranie sochinenii: In 10 Vols. Moscow: Statut, 2010. Vol. 2. P. 226 - 467.
  2. Alekseev V.V., Gavrilov D.V. Metal Industry of Ural from the Earliest Times to the Present Day (Metallurgiya Urala s drevneishikh vremen i do nashikh dney). Moscow: Nauka, 2008. 904 p.
  3. Bingham T. The Rule of Law. London: Penguin Books, 2011. 224 p.
  4. Black B. Legal Regulation of Liability of Members of Corporate Bodies: Analysis of the World Practice (Pravovoe regulirovanie otvetstvennosti chlenov organov upravleniya: analiz mirovoi praktiki). Moscow: Alpina Publishers, 2010. 334 p.
  5. Black B., et al. Report of the Results of the Benchmarking Assessment of the Legal Regulation of Liability of Members of Corporate Bodies of Commercial Entities (as of December 2006) (Otchet o rezultatakh sravnitelnogo analiza pravovogo regulirovaniya otvetstvennosti chlenov organov upravleniya khozyaistvennykh obchestv (po sostoyaniyu na dekabr 2006 goda)) // http://ssrn.com/abstract=1001991 (accessed 15 June 2016).
  6. Chebotarev D. Management of Industrial Companies in the USA, On the Basis of the Materials of the International Trip (Upravlenie promyshlennymi predpriyatiyami v S.-A.S.Sh. Po materialam zagranichnoi komandirovki). Leningrad; Moscow: Tekhnika upravleniya, 1931. 144 p.
  7. Clark R.C. Corporate Law. Little: Brown, 1986. 880 p.
  8. Davies P., Worthington S. Gower and Davies' Principles of Modern Company Law. London: Thomson Reuters (Professional) UK Limited, 2012. 1180 p.
  9. Dignam A., Lowry J. Company Law, Oxford: Oxford University Press, 2006. 454 p.
  10. Eliseev V.A. Management of the All-Union Industrial Association (Upravlenie vsesoyuznym promyshlennym predpriyatiem). Kiev; Donetsk: Vischa shkola, 1976. 128 p.
  11. Gorbunov E.Yu. On Persons Acting without Power of Attorney on Company's Behalf: towards Reform of Legislation on Commercial Companies (O litsakh, deistvuyuschikh bez doverennosti: k reforme zakonodatelstva o khozyaistvennykh obschestvakh) // The Herald of Economic Justice of the Russian Federation (Vestnik ekonomicheskogo pravosudiya Rossiiskoi Federatsii). 2015. N 4. P. 127 - 139.
  12. Gorbunov N.N. Legal Standing of Associations in Production Sector (Pravovoe polozhenie ob'edineniy v promyshlennosti). Moscow: Znanie, 1980. 48 p.
  13. Grigorash I.V. Institutes of the Main and Subsidiary Companies: Intercorporate Relations, Control and Liability (Instituty osnovnykh i dochernikh obschestv: mezhkorporativnye vzaimootnosheniya, control i zavisimost'), in: V.A. Belov, ed. Corporate Law: Topical Issues of Theory and Practice (Korporativnoe pravo: Aktualnye problemy teorii i praktiki). Moscow: Yurait, 2009. P. 382 - 477.
  14. Hicks A., Goo S.H. Cases and Materials on Company Law. Oxford: Oxford University Press, 2008. 688 p.
  15. Kozlov Yu.M., ed. Associations in Industry (Ob'edineniya v promyshlennosti). Moscow: Izdatelstvo Moskovskogo universiteta, 1978. 255 p.
  16. Laptev V.V. Entrepreneurial (Commercial) Law and Real Sector of Economy (Predprinimatelskoe (khozyaistvennoe) pravo i realnyi sector ekonomiki). Moscow: Infotropic Media, 2010. 88 p.
  17. Laptev V.V. Legal Standing of Production and Industrial Associations (Pravovoe polozhenie promyshlennykh i proizvodstvennykh ob'edineniy). Moscow: Nauka, 1978. 247 p.
  18. Laptev V.V. Subjects to the Entrepreneurial Law (Sub'ekty predprinimatelskogo prava), in: Entrepreneurial (Commercial) Law, Selected Works (Predprinimatelskoe (khozyaistvennoe) pravo: Izbrannye trudy). Ekaterinburg: Biznes, menedzhment i pravo, 2008. P. 321 - 322.
  19. Lisin V.S. Strategic Reference Points of Economic Development of Iron and Steel Industry in Modern Conditions (Strategicheskie orientiry ekonomicheskogo razvitiya chernoi metallurgii v sovremennykh usloviyakh). Moscow: Ekonomika, 2005. 404 p.
  20. Masten C.A., Kaspar-Fraser W. Company Law of Canada. Toronto: The Carswell, Co., Ltd, 1920. 984 p.
  21. Matvievskaya E.D. Corporatisation in the Russian Federation: Year 1993 (Aktsionirovanie v Rossiiskoi Federatsii. 1993 god). Moscow, 1994. 24 p.
  22. Mises L., fon. Socialism: Economical and Sociological Analysis (Sotsializm: ekonomicheskiy i sotsiologicheskiy analiz). Moscow; Chelyabinsk: Sotsium, 2016. 585 p.
  23. Nelson R., Winter S. Evolution Theory of Economic Changes (Evolyutsionnaya teoriya ekonomicheskikh izmenenii). Moscow: Delo, 2002. 536 p.
  24. Osipenko O.V. Conflicts in the Work of Corporate Bodies of Joint Stock Companies (Konflikty v deyatelnosti organov upravleniya aktsionernykh kompanii). Moscow: Statut, 2007. 621 p.
  25. Papasozomenou E. Director's Duties and Liability in Cyprus, in: Gerner-Beurle C., Paech P., Schuster E.P. Annex to Study on Director's Duties and Liability prepared for the European Commission. London: LSE Enterprise, 2013. A. 137 - 167.
  26. Volkova K.A., Kazakova F.K., Simonov A.S. State Enterprise: Structure, Provisions on Departments and Services, Service Instructions. A Reference Book (Gosudarstvennoe predpriyatie: structura, polozheniya ob otdelakh i sluzhbakh, dolzhnostnye instruktsii: Spravochnoe posobie). Moscow: Ekonomika, 1990. 448 p.

Если вы не нашли на данной странице нужной вам информации, попробуйте воспользоваться поиском по сайту:



Вернуться на предыдущую страницу

Последние новости

1 декабря 2016 г.
Проект Федерального закона № 42849-7

Законопроектом "О внесении изменений в статью 3.3 Федерального закона "Об основах туристской деятельности в Российской Федерации" и Федеральный закон "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации" предлагаются изменения, которые позволят расширить возможности органов местного самоуправления в решении вопросов местного значения, поскольку развитие туристской индустрии может являться источником устойчивого развития экономической базы муниципальных образований.




15 ноября 2016 г.
Проект федерального закона "О внесении изменений в Гражданский кодекс Российской Федерации в части совершенствования правового регулирования рентных отношений"

Законопроект разработан во исполнение подпункта "ж" пункта 1 перечня поручений Президента  Российской Федерации В.В. Путина от 9 сентября 2014 г. № Пр-2159 относительно совершенствования правового регулирования рентных отношений и разработки механизмов государственного контроля в этой сфере в целях защиты прав граждан пожилого возраста.




3 ноября 2016 г.
Проект Федерального закона № 18549-7 "О внесении изменений в статью 19 Федерального закона "О рекламе" и КоАП РФ"

Законопроектом предлагается изменить положения Федерального закона "О рекламе", содержащие требования к порядку распространения наружной рекламы, заключения договоров на установку и эксплуатацию рекламных конструкций в целях поддержки субъектов малого и среднего предпринимательства в сфере наружной рекламы.




21 октября 2016 г.
Проект Федерального закона № 11300-7 "О внесении изменений в Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях в части усиления ответственности в сфере правил продажи алкогольной и спиртосодержащей продукции"

Законопроектом предлагается принять дополнительные меры ответственности и ужесточить санкции за нарушение правил продажи алкоголя и торговлю контрафактом. Для этого в качестве отдельного состава выделяется продажа алкоголя с 23 часов до 8 часов по местному времени. 




11 октября 2016 г.
Проект федерального закона № 3171-7 "О внесении изменений в Федеральный закон "Об исполнительном производстве"

Законопроект подготовлен в целях оптимизации деятельности по снятию ограничения права на выезд за пределы Российской Федерации. Им предусматривается закрепление организационно-правового механизма, позволяющего ускорить процедуру принятия решения о снятии временного ограничения на выезд должника из Российской Федерации.



В центре внимания:


УСН'2017: Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещен (Дымова Л.)

Дата размещения статьи: 04.12.2016

подробнее>>

Оспаривание НПА: без юристов никак? (Баразненок Н.)

Дата размещения статьи: 04.12.2016

подробнее>>

Налоговые споры: три ответа от ВС (Рогозина О.)

Дата размещения статьи: 04.12.2016

подробнее>>

PR Шредингера (Запольский А.)

Дата размещения статьи: 04.12.2016

подробнее>>

Ящик Пандоры (Бжезинский Д.)

Дата размещения статьи: 04.12.2016

подробнее>>
Предпринимательство и право, информационно-аналитический портал © 2011 - 2016
При любом использовании материалов сайта - активная ссылка на сайт lexandbusiness.ru обязательна.

Навигация

Статьи

Сопровождение сайта